Лягушка - 4. Лягушка-принцесса стр. 27
как не бабушка? Пусть я потеряла дочь, зато небожители послали мне замечательную внучку. Ты так похожа на свою мать…
На морщинистых щеках заблестели мокрые дорожки.
— Расскажите мне о маме, госпожа Септиса? — попросила Ника, уводя разговор от неприятной темы. — Я так мало о ней знаю.
Кто же из родителей не захочет поговорить о своих детях, особенно когда находится благодарный и внимательный собеседник? Не стала исключением и Торина Септиса Ульда. Её рассказ затянулся почти до обеда.
Хозяин дома не явился, и женщины ели без него. За столом девушка несколько раз ловила на себе призывные взгляды вертлявого виночерпия, да и хозяйка дома поглядывала на неё как-то подозрительно. Очевидно, она знала о предложении, которое высказала Нике бабуля, и теперь ждала реакции племянницы. Но та усердно делала вид, будто ничего не происходит, а старушка вообще весь обед помалкивала, погружённая в свои мысли или воспоминания. Видимо, не в силах побороть любопытство, хозяйка дома, посетовав на то, что свекровь почти ничего не поела, отправилась провожать её до спальни, где они, скорее всего, и обсудят разговор бабушки и внучки.
Не дожидаясь возвращения тётушки, девушка прошмыгнула в комнату с ткацким станком, где и затаилась. Однако супруга регистора Трениума внешне никак не отреагировала на отказ племянницы воспользоваться услугами молодого раба, разве что пару раз присылала его к ней с бокалом разведённого вина.
Ника просила Эминея передать благодарность госпожа Септисе за заботу, но не проявила к юноше никакого интереса, так что виночерпий вроде бы даже обиделся.
Девушка только хмыкнула ему вслед, вернувшись к станку. Кроме возможности спокойно подумать, это занятие неожиданно обнаружило и другие положительные стороны. Дверь комнаты выходила в первый внутренний дворик. Родственницы здесь появлялись достаточно редко, рабы хозяйскую племянницу старались лишний раз не беспокоить, а благодаря близости прихожей, всегда можно узнать, кто навещает дом регистора Трениума.
Чаще всего заходили торговцы. Ника полагала, что было бы удобнее сделать для них
отдельный вход, а не таскать корзины и мешки с припасами через весь дом, но, видимо, здесь так принято. Заглядывали коскиды, выполнявшие поручения покровителя: что-то узнать, что-то передать или принести. Попаданка про себя назвала их "эсэмэсками" и долго смеялась, гордясь собственным остроумием. Изредка посыльные приносили письма и записки. С тех пор, как госпожа Пласда Септиса Денса начала отказываться от приглашений в гости, число желающих увидеть её и племянницу у себя дома значительно поубавилось. Но иногда кто-нибудь из невольников передавал суровому привратнику свёрнутый в трубочку папирус. Как правило, развернув его, тётушка тяжело вздыхала, и приказав слугам принести письменный прибор, садилась сочинять очередной вежливый отказ.
Просидев за станком пару дней, Ника научилась различать тех, кто приходил, ещё до того, как они проходили во внутренний дворик. Она плохо различала доносившиеся из прихожей слова, но по тону привратника сразу определяла, кто наведался в особняк регистора Трениума.
За последние пару дней у Янкоря появилась ещё одна забота. Он то и дело гонял уличных мальчишек, почему-то избравших именно эту улицу для своих, под час довольно шумных игр.
Пытаясь избавиться от этой напасти, привыкшие к тишине обитатели местных особняков время от времени посылали рабов в облавы на нарушителей спокойствия. Хулиганы спасались бегством, но скоро возвращались вновь. При этом