Лягушка-путешественница (СИ) стр. 1066
что увиденное, как страшный сон.
«Давненько мне кошмары не снились», — подумала она, приподнимаясь и щурясь от бьющих в глаза лучей вечернего солнца. Огненно-красное светило зависло над поверхностью моря, готовясь скрыться за горизонтом. Сильно болела голова.
— Почему так поздно разбудили? — проворчала путешественница, хмуро оглядываясь вокруг.
Пока она спала, трудолюбивый ослик провёз тележку мимо усадьбы братьев Денарс и владений консула Вокра Рукиса, остановившись возле поворота к театру.
— Так ничего же не случилось, госпожа, — пожала плечами невольница. — Никто нас не останавливал и ни о чём не спрашивал.
— Вы выглядели такой расстроенной и усталой, госпожа Ника, — виновато улыбнулась Вестакия. — Что мы с Орри решили дать вам отдохнуть.
— Спасибо, — буркнула девушка, поправляя накидку и оборачиваясь на голос ганта.
Тот ласково говорил, почёсывая за ухом осла.
— Хорошая скотинка, работящая. Жаль, нельзя на тебе землю пахать. Маловат ты для этого.
Животное кивало, то ли соглашаясь, то ли желая, чтобы его оставили в покое. Но когда юноша протянул ему на ладони кусок лепёшки, слопал не задумываясь.
Потрепав его по шее, Орри посмотрел на путешественницу.
— Я в усадьбу пойду, госпожа Юлиса.
— Не тяжело будет? — нахмурилась та. — Путь не близкий, а ты слаб.
— Я здоров, госпожа Юлиса! — резко возразил варвар, гордо вскинув подбородок.
— А дорогу найдёшь? — продолжала сомневаться собеседница. — Темнеет
уже.
— Пойду вдоль городской стены, — махнул рукой гант. — Пока знакомые места не увижу. Я же не раз в усадьбу ходил, только через другие ворота.
Он посуровел.
— Надо нашим рассказать, что случилось с Паули. И господин Картен велел домой не возвращаться.
— Как хочешь, — пожала плечами Ника, заметив у него заткнутый за пояс меч.
— Подожди, — остановила его Вестакия. — Спасибо, что помог найти и освободить меня. Отец обязательно наградит тебя за это.
— Господин Картен обещал пять тысяч империалов тому, кто отыщет пособников похитителей своей дочери, — усмехнулась путешественница, потирая виски.
— Сколько!? — ахнула ошарашенная девушка. — И за такие деньги никто никого не нашёл?!
— Нет, — морщась от боли, покачала головой собеседница, добавив с иронией. — Вот как хорошо спрятал вас Ноор Учаг.
— Да, — пролепетала бывшая пленница, придавленная масштабом суммы.
— Главное, вы вернётесь домой, госпожа Картен, — пришёл ей на помощь Орри. — А кого и как награждать — вашему отцу подскажут боги.
Дочь морехода благодарно улыбнулась.
— До свидания, госпожи, — неуклюже поклонился гант, но прежде чем уйти, обратился к Риате. — Не забудь вернуть лопату Обглодышу.
— Ты уже говорил, — напомнила рабыня, легонько тронув осла хворостиной.
Понятливая скотина потащила за собой заскрипевшую колёсами тележку.
Метрах в пятидесяти от ворот Вестакия плотнее закуталась в накидку, пряча глаза от стражников. К счастью эфебам оказалось не до них. Два молодых воина в доспехах о чём-то горячо спорили с пожилым толстяком в застиранном рваном хитоне и щегольском синем плаще, покрытом подозрительными пятнами.
Кажется, речь шла о… поэзии! Юноши доказывали, что в стихах Ликуна Нерка Ульвия гораздо больше созвучия и изящества, чем у Тина Уркара.
— Потому что Ликун Нерк — радланин по рождению! — пьяно покачиваясь, доказывал старик. — А Тин Уркар — ковн, и ему пришлось учить чужой язык.
— Вздор! — энергично возразил эфеб в новеньком бронзовом шлеме. — Настоящий поэт пишет на божественном языке души, а уж потом переводит стихи на наречие обычных людей!
Его приятель, внимательно следивший за