Лягушка-путешественница (СИ) стр. 1094
площади у фонтана Тикла. Прислонившись спиной к стене, рабыня непринуждённо болтала с каким-то низеньким, плотным мужчиной с кривыми, сильно волосатыми ногами, торчавшими из-под замурзанного хитона и с большой холщовой сумкой через плечо.
Заметив хозяйку, невольница чмокнула собеседника в выдающийся нос и поспешила к ней, ловко увернувшись от размашистого шлепка по заднице.
— Как вам понравилось представление, госпожа? — запыхавшись, спросила она, занимая привычное место за спиной девушки.
— Я ожидала большего, — ответила та и усмехнулась. — А ты, я смотрю, хорошо отдохнула?
— Только благодаря вашей щедрости, госпожа, — польстила Риата.
— Опять врёшь, — поморщилась путешественница. — Какая щедрость? Два риала.
— Другие хозяева и столько не давали, — возразила женщина. — Иногда даже не кормили и деньги для них посылали зарабатывать. А вас мне не иначе сама добродетельная Нона послала.
— Осла запрягать научилась? — прервала Ника словоблудие невольницы. — Завтра в театр перебираемся. Впереди дальняя дорога. Как с тележкой управляться будешь?
— Боюсь я его, госпожа, — виновато призналась Риата. — На хуторе два раза чуть не укусил. Может, лучше продать?
— Хочешь до Империи пешком идти? — насмешливо фыркнула девушка. — Меня актёры в фургон посадят, а вот тебя — вряд ли.
Собеседница тяжело вздохнула.
— Ты попроси Терета, пусть он тебя хотя бы немного поучит с ослом обращаться, — посоветовала хозяйка. — У него это отлично получается.
— Слушаюсь, госпожа, —
убитым голосом согласилась невольница, явно обеспокоенная предстоящим общением с животным.
За то время, которое путешественница прожила у Картена, она успела примелькаться на улице, где стоял его дом. Соседи консула уже давно при встрече вежливо раскланивались, а кое-кто из женщина даже удостаивал нескольких ничего незначащих слов. Но сейчас супруга Кронима Стлава, владельца двух кораблей, живущего неподалёку, неожиданно поинтересовалась:
— К господину Картену пришли какие-то варвары. Вы не знаете, кто это, госпожа Юлиса?
— Я ходила в театр, госпожа Стлава, и никого не видела, — пожала плечами Ника.
Сурово поджав губы, собеседница многозначительно заявила:
— Я не разбираюсь в одеждах этих дикарей, но по-моему — это атавки. Неужели Ноор Учаг всё-таки решил взять Вестакию в законные жёны?
— Он преступник, — нахмурившись, отчеканила девушка. — И достоин только наказания, а не руки дочери консула Канакерна.
Получив столь гневную отповедь, соседка Картенов презрительно фыркнула, и задрав лоснящийся от жира нос, проследовала мимо.
Остановившись у ворот, Ника ясно различила доносившийся со двора гомон. Ей пришлось стучать три раза, прежде чем загремел засов, и испуганный привратник, отворив калитку, согнулся в глубоком поклоне.
— Простите, госпожа Юлиса, не услышал. Пощадите, не говорите господину Картену.
Отмахнувшись от назойливого бормотания старика, путешественница подошла к широко распахнутым воротам конюшни, возле которой столпились все невольники морехода.
Внутри она увидела тёмно-пепельную лошадь, нервно переступавшую тонкими ногами по струганным плахам пола. У стены стоял Уртекс, восторженно вытаращив глаза, и внимательно слушал немолодого длинноусого мужчину в лоснящихся кожаных штанах, заправленных в мягкие кожаные сапоги, и длинной, столь же затёртой куртке.
— Лошадь — не слуга, молодой господин, и тем более — не раб, — варвар говорил с сильным акцентом, смешно коверкая слова, но никто из слушателей даже не улыбался. — Это друг и помощник в жизни и в бою. Если вы хотите поскорее подружиться с ней…
— Очень хочу! — не выдержал подросток.
Рассказчик понимающе кивнул.
— Тогда вам нужно хотя бы иногда самому ухаживать за ней,