Лягушка-путешественница (СИ) стр. 1098
простить меня? А полюбить?
— Сильные люди великодушны, — путешественница старалась говорить как можно убеждённее, во всю используя «сериальные штампы». — Господин Фарк из их числа. Простит… А любовь? Не знаю…
Она виновато развела руками.
— Спасибо за честный ответ, госпожа Ника, — церемонно поклонилась дочь консула. — Добрых снов. Я обязательно провожу вас завтра.
— И вам спокойной ночи, — вернула пожелание попаданка, вытирая набежавшую слезу.
Чувствуя в душе странную незнакомую опустошённость, девушка тяжело опустилась на кровать. Ей ещё ни разу не приходилось утешать кого-то вот так, по-настоящему, от всей души. Оказывается, искренне сочувствовать кому-то очень нелегко.
Ночью она долго ворочалась с боку на бок не в силах заснуть, то ли под впечатлением разговора с Вестакией, то ли в предчувствии грядущих перемен.
Очевидно, Риата знала, что хозяйка долго не спала, но также она имела приказ разбудить её пораньше. Наверное, поэтому голос рабыни звучал так просительно и виновато:
— Просыпайтесь, госпожа. Просыпайтесь.
С трудом разлепив тяжеленные веки, путешественница с сонным недоумением уставилась на невольницу.
— Простите, госпожа, но вы сами велели…
— Зачем? — пробормотала девушка.
— Вы сказали, собраться надо…, — растерялась собеседница.
Постепенно реальность стала доходить до сознания Ники. Отбросив одеяло, она с хрустом потянулась и зевнула так, что едва не вывихнула челюсть.
Заботливая Риата с вечера припасла воду для умывания, а девушка старалась плескаться потише, чтобы ненароком не разбудить спавших хозяев. Она уже оделась, когда негромко стукнула дверь в спальню, и звенящую предутреннюю тишину нарушили знакомые шаги Тервии. Чуть позже её недовольный голос уже доносился со двора. Казалось, день в доме консула начинается как обычно. Но тут дверь хлопнула ещё раз.
Сидевшая перед зеркальцем путешественница настороженно расслышала шлёпанье босых ног по деревянному полу.
«С чего бы это Картен поднялся в такую рань?» — успела подумать она, прежде чем без стука или какого-то предупреждения циновка на двери сдвинулась, впустив в комнату морехода в одной набедренной повязке с большим кожаным мешочком в руках.
Мужчина
удивлённо вскинул брови, застав гостью уже одетой.
«Он что, хотел меня в постели застать?» — усмехнулась про себя Ника.
— Доброе утро, господин Картен, — она мило улыбнулась, не поворачивая головы, чтобы рабыня могла продолжить трудиться над причёской.
Поздоровавшись, мореход бросил на стол тяжело брякнувший кошель.
— Где письмо вашему отцу, госпожа Юлиса?
— Вы встали так рано специально, чтобы вручить мне награду? — вопросом на вопрос ответила девушка.
— Я спешу, госпожа Юлиса, — нахмурился собеседник. — У меня важная встреча.
— Подождите совсем немного, господин Картен, — тоном избалованного ребёнка попросила путешественница. — Вы же знаете, как важна для девушки красивая причёска, а если сейчас прервать — придётся начинать всё сначала.
Недовольно засопев, мореход привалился плечом к косяку, скрестив на волосатой груди мускулистые руки.
Невольница понимала, что хозяйка не хочет задерживать столь раннего и важного визитёра, поэтому закончила всё так быстро, как только могла.
Ника сама подошла к корзине, достала свиток, и развернув, протянула консулу.
— Вот письмо, а это…
Она указала на звёздочку.
— Тот самый знак, которого ждёт мой отец.
— Надеюсь, вы не пытаетесь меня обмануть, госпожа Юлиса? — спросил собеседник, пробегая глазами по строчкам. — Иначе, клянусь Нутпеном, эта ложь очень дорого вам обойдётся, и не надейтесь, будто сможете скрыться от меня, или что вас смогут защитить знатные родственники.
— Господин Картен! —