Лирика 30-х годов стр. 262
водой грачиный грай,
где хвойных лиственниц отрада,
где гор глухое забытье,
где громогласных рек прохлада —
успокоение твое.
Желаньем радостным томимый,
ты устремляешься туда,
где дышит край, тобой любимый,
где в домнах плавится руда,
где из-под почвы черный уголь
взывает блеском слюдяным,
где по ночам седая вьюга
слепит дыханьем ледяным.
И снова — будто был и не был,
как в первый раз, все видишь ты, —
и степь,
и розовое небо,
и Салаирские хребты.
Холодный рассветС низин подул осенний холодок…
Рассвет вставал медлительный и хмурый.
Ночных дождей еще сверкал поток.
На дальний плес, на отмелей песок
туман ложился.
Плыл рыбак понурый
с ночной рыбалки…
Вдоль по берегам
кусты толпились, налиты росою.
Но птицы не проснулись, птичий гам
еще дремал…
Над водной полосою —
в патронах нерастраченную дробь
мы Томью вниз несли, туда, где с нею
в один речной рукав сливалась Обь,
в местах слиянья густо зеленея.
Мы долго шли,
пока зеленый след
не затерялся в мутных обских водах,
пока на дальней пристани рассвет
не встречен был сигналом парохода.
На глинистых высоких берегах,
спадавших к водам, над волною низкой
он корпусом белел — такой, казалось,
близкий.
И флаг на нем, родной отчизны флаг,
алел, приподнят…
Солнце медным диском
из-за вершин кедровых поднялось,
и осветился лес, как подожженный…
На берег молча вышел сонный лось
и у воды склонился, отраженный
в ее прохладной медленной волне…
И вновь тогда я ощутил природу:
я услыхал,
как в этой тишине
сквозь губы цедит лось продрогший воду.
Сергей Смирнов
Всем товарищам СмирновымНе говоря о тезках новых,
В родной деревне у меня
Живет четырнадцать Смирновых,
Моя родня и не родня.
А школа сельская!
И снова
В уме проходят ярче снов —
Сперва Смирнов,
Потом Смирнова,
Потом еще один Смирнов.
И где, скажите, нет Смирновых?
Они в полях,
Они в садах,
В лесах сосновых, не сосновых,
Во всех союзных городах.
Они заведуют цехами,
Рисуют, пашут и куют,
И занимаются стихами,
И даже арии поют.
И вдруг конфуз такого рода:
Я из газеты узнаю,
Что недруг нашего народа
Носил фамилию мою.
Губитель дел и жизней новых,
Смирнов, развенчанный судом,
Мою фамилию Смирновых
Покрыл позором и стыдом.
Я это чувствовал не просто:
Я замышлял,
Не утаю,
Из-за него, из-за прохвоста,
Менять
Фамилию свою.
Но предо мной возникли снова,
Они возникли ярче снов,
Сперва Смирнов,
Потом Смирнова,
Потом еще один Смирнов.
Родня возникла постепенно,
Мой дед, когда-то полный сил,
Который
гордо и степенно
Мою фамилию носил.
Он жито сеял,
Избы ставил,
Он первый был на молотьбе
И только светлые оставил
Воспоминанья о себе.
И моментально стало ясно,
Чего сперва не мог понять,
Что я хотел совсем напрасно
Свою фамилию менять.
Случись такая перемена,
И было б ясно до конца,
Что это явная измена
Отцу и родичам отца.
Нет, всеми силами своими
Клянусь на будущие дни
Хранить фамилию
Во имя
Моей родни и не родни!
Во имя нас,
Собратьев новых,
Хранящих родину, как дом.
Во имя армии Смирновых,
Живущих
Правильным трудом!
ДрузьямЯ, признаться, рос довольно вяло.
Был застенчив, до обиды мал,
Плакал