Библиотека

Люби и властвуй стр. 71

Размер шрифта
-
+
Тема

на предмет наличия в них жуков-мертвителей.

– Вот как? ― поинтересовался Гастрог, и его подвижные брови взмыли ввысь знаком неподдельного изумления. ― И там, наверное, сыскались целые орды жуков-мергвителей?

– Нет, аррум, ― Эгин из последних сил сохранял полную невозмутимость. ― Виной всему сами книги.

Гастрог не ответил. Он брезгливо поднял с койки отброшенный Эгином трактат и, быстро пролистав его, уперся в то же место, что и Эгин десятью минутами ранее, ― в предпоследнюю страницу с рисунком красными чернилами.

– Вы открывали ее? ― отрывисто осведомился Га-строг, стремительно захлопывая книгу.

– Нет, аррум. Лишь пристально посмотрел на нее через Зрак Истины. Зрак молниеносно взялся Изумрудным Трепетом ― я не успел отвести глаза.

Эгин знал, что его очень легко уличить во лжи. Гастрогу было достаточно поглядеть на книгу через свой Зрак Истины. Эгин с тревогой ожидал, когда аррум ио-тянется за своим Зраком Истины. И тот потянулся. Эгин обмер.

– Ну вот что, ― сказал наконец аррум нарочито тихо и невнятно. ― Вот вам мой Зрак Истины ― он такой же, как и ваш. Ваш, испорченный, , я оставляю себе. Вы немедленно уходите отсюда, забрав недосмотренные вещи с собой. Своему начальнику ― Норо, если не ошибаюсь, ― Эгину показалось, что при этих словах в голос Гастрога вкрались скрежещущие нотки угрозы, ― вы можете сказать, что вас прогнал из каюты аррум Опоры Писаний. И это чистейшая правда. Вы можете назвать ему мое имя ― Гастрог, ― иначе он не поверит, что вы согласились уйти, не проверив мой жетон. Это тоже правда. Все.

– Про вот это, ― Гастрог легонько постучал пальцами по книге, ― вы должны забыть до скончания времен, и если даже шестьсот кутахов будут медленно крошить вас в оринский салат, вы не должны хоть словом обмолвиться о происшествии с вашим Зраком Истины. А поскольку Норо отнюдь не кутах, вам тем более нет резона рассказывать ему об Изумрудном Трепете. Вы меня поняли, эрм-саванн? ― Гастрог впился взглядом в лицо Эгина.

– Да, аррум, ― Эгин понимал, что, быть может, сама его жизнь сейчас зависит от той степени искренности и глупости, которую выразят его глаза.

– Поняли, ― чуть заметно кивнул Гастрог. ― И еще. Я бы мог убить вас, но не сделал этого потому, что мы оба офицеры Свода и работаем ради общей священной цели. Сегодня вы совершили служебный проступок, тяжесть которого не в состоянии осознать. Я прощаю вас, но имейте в виду, что я помню ― ваше имя Эгин, вы эрм-саванн Опоры Вещей и живете вы в Доме Голой Обезьяны по Желтому Кольцу. Ваша любовница ― Вербелина исс Аран, ваш начальник ― аррум Норо оке Шин, вам двадцать семь лет, и сегодня вас скорее всего произведут в рах-саванны за отличную службу. Не стоит портить себе карьеру и жизнь, рах-са-ванн.

Слишком много ударов ниже пояса.

– Что, прямо так и сказал?

– Да. Так и сказал.

Человек, одетый по самой что ни на есть щегольской моде ― в ярко-зеленые, флюоресцирующие штаны, которые в столичном высшем свете именовались «литыми ножками», в рубаху с отложным воротом и очень короткую приталенную кожаную жакетку, замолчал. Его пальцы с холеными ногтями прикоснулись к подбородку. Лицо изобразило серьезность, граничащую едва ли не со скорбью. Это была одна из самых расхожих гримас Норо оке Шина. Человек,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.