Библиотека

Люби и властвуй стр. 73

Размер шрифта
-
+
Тема

уходит у него из-под ног и он взлетает прямо к Зер-гведу.

– Да, именно рах-саванн. Хватит тебе ходить в эрм-саваннах. Конечно, твое новое звание нужно еще по всем правилам провести через нашего пар-арценца, но я уверен в том, что после моего доклада у него не возникнет никаких возражений.

Эгин знал, что не возникнет. Про Норо Эгин знал разное ― хорошее и плохое, правду и вымысел. Но один факт, связанный с Норо, носил характер совершенно нерушимого закона ― все, кого Норо когда-либо представлял к званиям или наградам, получали и звания, и награды. Потому что Норо никогда никого не представлял зря.

– Благодарю вас, аррум, ― ретиво и вполне искренне кивнул Эгин. ― Рад служить князю и истине!

– Ну-ну, ты еще на колено упади. Мы все-таки в городе, хотя, если хочешь знать, весь этот маскарад… ― Норо сокрушенно махнул рукой. ― Ну да ладно, рах-саванн. Уже поздно. Пора расходиться, я вот тут только подумал об одном нюансе: зачем ты будешь возиться со всей этой рухлядью? ― Норо слегка пнул Эгинов мешок с вещами казненного Арда. ― Я, пожалуй, этим мог бы заняться сам.

«Да они что сегодня ― всем Сводом Равновесия с ума сошли?» ― пронеслось в голове у Эгина.

Тут был один нюанс. Дело Арда было его личным, Эгина, делом. Когда дело ведется одним человеком, оно имеет особый статус и называется «закрытым». , Офицер-исполнитель из соответствующей Опоры ведет разработку «закрытого» дела от начала до конца. Он подбирает улики, демонстрирует их своему непосредственному начальнику, и если тот признает их доказательными, человеку выносится приговор. Если приговор смертный и если по каким-либо причинам публичная казнь представляется противоречащей государственным интересам, все тот же офицер приводит приговор в исполнение. После исполнения приговора (проще говоря ― убийства осужденного) офицер Свода инкогнито посещает места, в которых казненный мог хранить крамольные или откровенно опасные предметы и писания.

В этом деле было важно вот что: Эгин как эрм-са-ванн Опоры Вещей отвечал именно за вещи Арда. И именно Эгин ― никто другой! ― должен был провести их полный осмотр при помощи Зрака Истины, всю крамолу отнести в Арсенал Свода Равновесия, а всякую ерунду наподобие зубочисток, абордажных топоров и вилок сдать в пользу государства или, иными словами, в казначейство все того же Свода. Гастрог, который сегодня выгнал Эгина из каюты, вообще говоря, имел на это право, потому что, будучи аррумом Опоры Писаний, должен был по своему прямому служебному долгу заниматься книгами Арда. Другое дело Норо. Он, конечно, аррум, он его начальник, но осмотр вещей Арда ― его, Эгина, дело. И

ничье больше.

Но сегодняшний день был слишком глуп и длинен. Дуэль, Изумрудный Трепет и короткий, но резкий разговор с Гастрогом вымотали из Эгина половину души.

В конце концов, если Норо хочет возиться со всякой Ардовой ерундой ― пусть возится.

– Хорошо, аррум, ― кивнул Эгин. ― Можете забирать все.

– Вот и ладно, ― удовлетворенно ухмыльнулся Норо. ― Ты умный человек, рах-саванн, и тебе не нужно напоминать, что этого эпизода с вещами Арда на самом деле не было и быть не могло.

– Какого эпизода? ― непонимающе улыбнулся Эгин.

Норо расхохотался.

Теперь Эгин двигался налегке. При нем остался лишь сарнод со Зраком Истины, столь любезно подаренным ему Гастрогом.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.