Люблю, убью, умру... стр. 21
они высохли быстрее…Андрей равномерно разделил на пряди Дусины тяжелые волосы. Они лежали на траве, точно черные змеи. Батистовая рубашка стала совсем прозрачной — и было видно все, абсолютно все, но Андрей сделал вид, будто ничего не замечает. Тем более что Дуся никак не обращала внимания на свою наготу.— Врал Антон Антоныч! — А может, и не врал!— Нет, он совсем старенький, ему могло привидеться. Увидел бревно в воде, и вот, нате вам — чудо-юдо рыба-кит…— Ты о чем хотел поговорить?— Нет, не сейчас…— Почему не сейчас?— Сейчас неудобно.— Очень даже удобно! — Глаза у Душ загорелись от любопытства.«В самом деле, что я ломаюсь… — с досадой подумал Андрей. — Мы и так уже, как муж и жена. Сидим себе голые рядышком, как ни в чем не бывало!»— Ты, наверное, удивишься, а может быть, и нет…— Чему? — затаив дыхание, спросила Дуся.— Тому, что я люблю тебя, — просто ответил он.— Дай-ка мне платье, — вдруг, опустив глаза, потребовала она. — Я, кажется, уже высохла…Дуся быстро накинула на себя платье и только тогда посмотрела Андрею в глаза.— Я тебя тоже люблю, — серьезно произнесла она. — Вообще, ты мой самый лучший друг, я тебя как будто тысячу лет знаю.— Нет, ты не понимаешь, — беспомощно улыбнулся он. — Я тебя не так, люблю… не как сестру или как еще какую-нибудь там родственницу.Дуся ахнула и прижала ладони к щекам. Она поняла.— Господи, стыдно-то как — прошептала она. — А мы с тобой в одной воде сейчас плавали…— В общем, я тебя не тороплю с ответом, да и рано еще — в смысле возраста… Но когда-нибудь настанет день, когда я подойду к Кириллу Романовичу и попрошу твоей руки. Так вот — ты будешь не против?Душны глаза приобрели знакомое Андрею страдальческое выражение — так посмотрела она на него впервые, когда увидела после трогательного рассказа ее отца о бедном сироте, разом лишившемся обоих родителей.«Откажет! — с отчаянием подумал Андрей. — Вон как смотрит… Господи, и за что мне такая мука!»— Андрюшенька… — растерянно прошептала она. — Вот тебе крест, я умереть готова, чтобы тебе хорошо было…— Да не надо для меня умирать, я совсем другого хочу… Я хочу, чтобы ты для меня жила!— Ну да, ну да… — торопливо кивнула Дуся, видимо, испугавшись, что огорчила его. — Я согласна!— Согласна быть моей женой?— Да! — прошептала она и зажмурилась. Из-под дрожащих ресниц быстро скользнули две слезинки.Совсем не того ждал Андрей — он мечтал о том, чтобы его признание Дуся приняла с радостью, чтобы не было никаких слез… Или он вообще не знает женщин, не знает, как они ведут себя в подобных ситуациях? Наверное, так…— Я, правда, люблю тебя… — тихо произнес он и взял Дусю за руку.— Ты милый. — Она открыла глаза и быстро-быстро заморгала, отчего с ресниц слетели еще две слезинки. — Ей-богу, я относилась к тебе, как к родному! Но это что же тогда… Тогда надо все по-новому, по-другому к тебе относиться?— Я тебя не тороплю и вообще ни к чему не принуждаю…— Да отчего же! Я вот тебе прямо сейчас отвечаю — я тебя тоже люблю и хочу быть твоей женой. Ты хороший человек, добрый — лучше тебя, пожалуй, я никого и не знаю… Так отчего же не составить тебе счастье?— А ты… будешь ли ты счастлива, если станешь моей навеки?— Буду! — ответила Дуся, не раздумывая.Он
Переход на страницу