Люблю, убью, умру... стр. 71
моими словами. Я ведь серьезно говорил…
Когда он наконец сел в машину и уехал, я почувствовала необычайное облегчение. Саша ждал меня дома.
— Ты где была? Ну где ты была так долго! — бросился он ко мне, едва я открыла дверь. — Я жду, жду… Что у тебя там?
— Аи, нет, это нельзя смотреть! — взвизгнула я, пресекая его попытки заглянуть в мои свертки. — Это сюрприз будет. Не хочу, чтобы ты обрадовался раньше времени…
— Я что, я ничего… — Он послушно отодвинул свертки подальше от себя. — Я просто так спросил.
Я быстро разделась и подошла к зеркалу, прижала ладони к ледяным щекам.
— Саша, я красивая?
— Ты? Очень!
— Нет, я серьезно…
— Я тоже серьезно!
— А можно ли от любви ко мне сойти с ума?
— Легко! Разве ты по мне не замечала…
— Нет, с тобой невозможно говорить серьезно!
Он схватил меня, закружил по комнате. Запел фальцетом:
— «О любви не говори — о ней все сказано!» Ах, Лиза, я действительно спятил — все время думаю только о тебе. Всегда. Даже во сне.
— Ты знаешь, и я!
— Вот вчера утром шел по городу… Мимо люди идут, а я по сторонам смотрю, ищу тебя взглядом. Знаю, что ты в это время в институте своем, но все равно ищу… Ты лучше всех, ты выделяешься среди прочих. И когда я на самом деле вижу тебя, то вздрагиваю, и мне становится так радостно! Ты как будто не веришь?
— Нет, верю…
Странно, но он говорил совершенно, как Денис. Правда, когда я сегодня услышала эти слова от Дениса, они вызвали во мне неприязнь и отторжение.
— Ты лучше всех, Саша, — сказала я.
— Разве ты меня с кем-то сравниваешь?
— Нет, ты вне конкуренции, но…
— Что?
— Иногда мне становится страшно. Мне так хорошо, что даже страшно. Может быть, у меня что-то с головой?
Саша сел и посадил меня к себе на колени.
— Мне тоже страшно, — спокойно произнес он. — Наверное, это нормально. Потому что счастливый человек всегда боится потерять свое счастье. Если ты уйдешь от меня, я умру.
— Ну, здрасте — начали за здравие, а кончили за упокой! — недовольно пробормотала я. — И каким же образом ты умрешь, позвольте спросить?
— Очень просто — как чудовище из сказки про Аленький цветочек. Оно ждало-ждало свою любимую, а потом от горя того… преставилось.
— М-да, вот кто в нашей семье будет читать детям сказки… — задумчиво произнесла я.
Остаток вечера я была немного не в себе. Я не считала себя большим специалистом в области психологии, но странная мысль посетила меня — мысль о том, что Денис, наверное, действительно до сих пор неравнодушен ко мне. Прошло время, и я в его воспоминаниях приобрела некие идеальные черты — тем более, если никаких других серьезных отношений в его жизни после нашего расставания не было.
Это плохо.
Это очень плохо. Потому что, насколько я знала Дениса, он страшно упрям. Он привык добиваться своего.
Вероятно, стоило рассказать Саше о моей сегодняшней случайной встрече, как-то предупредить его… Но мне так не хотелось беспокоить его! И я не стала ничего говорить. А вскоре и сама успокоилась — ничего такого не происходило, все было тихо и спокойно, никто не звонил мне,