Любовь из пробирки стр. 34
Он готов вернуться к прошлой, подчёркивая им же сказанное — заурядной, жизни со мной… Серьёзно?! Думает, что все эти пять лет я жила и мечтала услышать эти слова? Господи! Какой бред! Это как сильно нужно любить себя, чтобы вот так говорить?! Или так действует самоуверенность?
Я оказываюсь в тёплом помещении и сразу же отрешаюсь от мыслей о Вольском. Я уже давно научилась так делать: приходить на работу и думать только о ней, в ином случае вряд ли добилась бы тех высот, которых добилась теперь.
— Мирослава Евгеньевна, а к вам Иван Александрович приходил…
Ещё один! Я закатываю глаза и делаю глубокий вдох. Они сегодня надо мной все издеваются? Может, сговорились? Даже приходит мысль о том, что мне на самом деле лучше уйти с работы, но потом я понимаю, что от государства буду получать копеечное пособие, на которое даже существовать с ребёнком не получится, поэтому отметаю эту идею.
— Приходил? Значит ли это, что уже ушёл? — осторожно спрашиваю я.
— Да, вот пару минут назад. Странно, что вы с ним не встретились…
— Не заметила его… Наверное, разминулись, когда парковала машину. А что он хотел?
Орлова я не заметила, скорее всего из-за того, что думала о своём бывшем муженьке и его скотническом поведении.
Вика начинает ужиматься и отводить взгляд в сторону. Я знаю, что когда она так делает — стесняется или боится сказать правду. Господи! Что опять долбануло в голову этого человека? Раньше я думала, что Артур у нас босс с придурью, но тут, похоже, всё куда хуже.
— Вика, что он хотел? — повторяю я вопрос, облокачиваясь на её стойку.
— Он спрашивал, когда вы уходите в декретный отпуск.
Её слова бьют обухом по голове, и я застываю, пытаясь переварить полученную информацию. Вольский изо всех сил жаждет выкупить «Атланту»… Клара за Вольским как собачка бегает, потому что успела несколько раз позвонить, пока мы с
ним разговаривали… И Орлова заинтересовало, когда я ухожу в декретный отпуск. Пока не могу провести хоть какие-то параллели, чтобы понять, есть ли какая-то связь.
— И что ты ответила ему? — спрашиваю я напряжённым голосом.
— Мирослава Евгеньевна, ну что я могла ответить? Сказала ему, что вы никуда не собираетесь…
— А он? — я чуть щурюсь, а мысли копошатся в голове, предлагая идеи.
— А он… Он сказал, что спутал вас с руководителем какого-то проекта… В общем, странный он какой-то, — разводит руками Вика и улыбается.
— Не то слово… Очень странный! — отвечаю я. — Ладно, Вика, если что, я у себя, но до двенадцати никого не принимаю, потому что нужно с документацией разобраться.
— Ой! Мирослава Евгеньевна! — вскрикивает Вика, когда я собираюсь уйти, отчего я вздрагиваю и снова смотрю на неё.
— Что случилось? — выдыхаю я медленно, чтобы успокоиться.
— Он же попросил передать вам, что завтра нужно переезжать в его офис. Вы от нас уходите?
— Временно, — киваю я и улыбаюсь.
Улыбка сходит с губ уже через пару секунд.
Значит, уже завтра…
Новый офис…
Захожу в свой кабинет и морщусь от духоты. Сразу же открываю окно, вдыхая свежий воздух полной грудью, и расслабляюсь. Опираюсь ладонями о подоконник и прикусываю нижнюю губу.
Орлов почему-то заинтересовался моей беременностью. Пытался проверить, беременна ли