Библиотека

Любовь не игрушка стр. 30

Размер шрифта
-
+
Тема

или утро? Мартин спал: она слышала его сонное, размеренное дыхание.

Ее одежда валялась по всему полу. Неслышно двигаясь, она подбирала один предмет за другим и вспоминала, как Мартин раздевал ее, как она позволяла ему раздевать себя, и как ей этого хотелось.

Горячее, мучительное чувство стыда сводило ее с ума. Она выскользнула из спальни и тихо прикрыла дверь. В квартире царила тишина, хотя темноту уже сменили унылые предрассветные сумерки. Свет зажигать не нужно: не хватало только разбудить Мартина!

Боже, что она натворила?!

Секс, холодно пояснила она самой себе. Это называется секс. Эротика, чувственная страсть, – словом, то, о чем шепчутся другие женщины. То, о чем сочиняют анекдоты. Именно это произошло с ней: она провела безумную ночь в объятиях мужчины, который в совершенстве постиг науку будуара.

Дрожащими руками Глэдис застегнула молнию на юбке. Где ее высокие этические принципы? Она опозорила себя. Она… она… С губ ее сорвался стон. Вот что значит дать выход порочным инстинктам, о которых она даже не подозревала! Теперь презрение к себе самой станет преследовать ее всю жизнь.

Боже, что она вытворяла этой ночью, что позволяла вытворять Мартину!.. Глэдис увидела прошедшую ночь в истинном свете. Дешевка. Грязь. Пошлость. Горло свела судорога. Она переспала с незнакомцем… и не только переспала –

позволяла ему такое… И ведь охотно позволяла!..

– Глэдис!

Она резко повернулась. На пороге спальни в ореоле золотого света, что струился от ночника, стоял Мартин. Обнаженный, он ничуть не смущался своей наготы. Словно ожившая статуя, изваянная не из холодного мрамора, а из теплой плоти! На губах играла блаженная улыбка, однако стоило ему взглянуть на гостью – и улыбка исчезла.

– Ты одета?..

– Да. – Глэдис откашлялась. – Я… я прошу прощения, если разбудила тебя. Я пыталась не шуметь, но…

Только этого не хватало: она словно оправдывается! Глэдис еще не приходилось тайком покидать квартиру любовника, но, черт ее подери, если она позволит ему об этом догадаться! В конце концов, век живи – век учись. Разве сегодняшняя ночь – не достаточное тому подтверждение?

– Извини, если тебя потревожила.

– Ты извиняешься? – сощурился Мартин.

– Да. И вот еще что… Спасибо за… – За что? Я с ума сошла? За что мне его благодарить? – молнией пронеслось в мозгу. – Спасибо за все, – бодро докончила она.

– Глэдис…

– Нет, провожать меня не нужно. Я сама найду выход: вниз по лестнице и через прихожую…

– Черт побери! – выругался Мартин. – В чем дело?

– Как это в чем? Уже поздно. Очень поздно. А может, рано… Не знаю. Мне нужно домой, переодеться, и… – Сбивчивая речь прервалась на полуслове – это Мартин схватил ее за плечи и привлек к себе. – Не надо!..

– А, понимаю. – Он тихо рассмеялся, наклонил голову и нежно куснул ее за ушко. – Утренние комплексы. Я знаю, как с ними бороться.

– Не надо, – повторила Глэдис.

Голос ее чуть заметно дрогнул: предательская дрожь давала понять яснее слов, что, хотя разум настаивает на одном, тело претендует совсем на другое. Вспоминает сладостную тяжесть его тела и мерное движение бедер…

– Глэдис, – Мартин уже не смеялся; глаза его потемнели, словно небо перед грозой, – вернись в спальню.

– Нет. Я же тебе сказала… я не могу.

Мартин широко и обольстительно улыбнулся. Нагнулся и поцеловал ее,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.