Любовь по договоренности стр. 79
сказала я.
– Значит так, – решила подвести какой-то итог под нашим полубессмысленным разговором Злата, – если вы отступитесь от Георгия, он получит то, что желает, а вы – деньги, такую сумму, какую назначите. Надеюсь, зарываться не станете. Мы все тут не Рокфеллеры. Если не отступитесь, не получите ничего: ни вы, ни Георгий!
– А вы не просчитывали такой вариант: вдруг Бо не захочет жениться на вас? – поинтересовалась я.
Злата невесело усмехнулась и ответила:
– Захочет. Он уже согласился.
– Когда?
– Сегодня. Утром.
– Но это же будет фиктивный брак.
– Вот именно! Получив наследство, Бо разведется со мной и снова будет свободен как ветер! Георгию останется только кусать локти. Вы на это согласны?
Вот так номер! Вот так Бо! Вот и вся любовь! Наследство – оно дороже! Продав шпагу, он купит себе любовь любой женщины, а потому не стоит и поминать престарелую Анастасию Осипчук, чувство к которой если еще и теплится, все равно растает как дым, перед новыми-то перспективами. Видимо, свободный художник просчитал все варианты собственного поведения и нашел этот самым выгодным. Что ж! Молодец! Но какая все же сволочь! Впрочем, Георгий меня несколько раз предупреждал, что Бо не так прост, как кажется. Да и вообще: сволочи вокруг меня все! И я сама тоже хороша…
Да,
но вдруг Злата блефует? Бо слишком влюблен в меня, слишком… Это же видно невооруженным глазом.
Ничего не отвечая женщине, вопросительно смотрящей на меня, я откопала среди одеяла и подушек мобильник и позвонила Бо. Отозвался мужской голос, совершенно не похожий ни на голос Богдана, ни на голос Георгия.
– Вы Вадим? – с секундной задержкой спросила я. Удачливый автор золотой одалиски первым пришел мне в голову.
– Да, это я… А вы кто?
– Я… я Настя, приятельница Бо. Не могли бы вы передать ему трубку?
– Нет…
– Но почему? – разозлилась я. – И вообще, зачем вы берете чужой телефон? Где Бо?
Через несколько секунд, за которые я успела пару раз проклясть Вадьку, он сказал совершенно невозможную вещь:
– В морге…
– Идиотская шутка! – взвизгнула я.
– Это не шутка… Сегодня ночью Бо умер… Я пришел в мастерскую, а он на полу… глаза закатились… Я сам чуть сознание не потерял…
– Что значит умер? – по-дурацки спросила я, хотя уже понимала: Вадька говорит правду. При этом я бросила взгляд на Злату. Она вся подалась вперед, очевидно, тоже не понимая, как такое могло случиться с Богданом.
– То и значит – отдал Богу душу…
– Но как же так… Он же совсем молодой человек…
– Я в таком же шоке, как вы, Настя… Приехавшие врачи сказали, что похоже на сердечный приступ…
– У него было больное сердце?
– Да откуда я знаю?! Мне он никогда не жаловался…
Поддерживать разговор дальше я не могла, а потому отключилась от Вадьки и перевела ошалелый взгляд на Злату. Она сидела в кресле, как-то неестественно выпрямившись, с абсолютно белым лицом, яркая помада на котором смотрелась жуткой аппликацией. Эти, будто налепленные губы, слегка приоткрылись, и женщина с трудом прошептала:
– Богдана убили…
– Его друг говорит – сердечный приступ..
– Нет, он убит… убит… убит…
Злата резко выдохнула сквозь щель губ, тряхнула головой и откинула ее на спинку кресла, прикрыв глаза. Я никак не могла принять эту версию.