Любовь по договоренности стр. 94
но дочь его очень часто употребляет. Почему бы и мне не употребить? А Злата опасна! Она одной левой может разрушить только что образовавшийся, а потому еще очень нежный и воздушный кокон счастья. Мне зачем-то захотелось испытать его на прочность… Мы, женщины, любим задавать ненужные вопросы, чтобы потом томиться и мучиться от того, что услышим в ответ. Давно известно: многия знания – многия печали. Печали, видать, захотелось, прямо посреди безоблачного счастья, и потому я спросила своего любимого, жарко дыша ему в ухо:
– И после того, что мы с тобой только что испытали в унисон, ты все равно собираешься жениться на Злате?
– Ну это же для дела, Настя! – живо откликнулся Георгий, продолжая крепко прижимать меня к себе. – Брак ведь будет фиктивным!
Но я уже не желала слушать ни про какую фиктивность. Кокон счастья съежился, сделался жестким, разлезающимся на ости, будто прошлогоднее воронье гнездо, а потому неприятно царапающим. Я резко высвободилась из объятий Далматова, съехала со сбившегося шелкового одеяла на пол, сразу нащупала рукой бюстгальтер и принялась судорожно одеваться.
– Ну что такое, Настя?! Куда ты собралась?! – голос Георгия из сладко-интимного сделался колко-раздраженным, как те самые ости разваливающегося на глазах бывшего кокона счастья, а ныне вороньего гнезда. – Ну все же хорошо! Ведь то, что я сказал о Злате, вовсе не явилось для тебя новостью!
Но меня было не остановить. Я одевалась быстро, как когда-то в школе после урока физкультуры, чтобы успеть на перемене еще и в буфет. Далматов задержал меня уже в дверях спальной комнаты своей стоматологии. Я резко вырвалась и, глядя в самые его расширившиеся зрачки, с настоящей ненавистью произнесла:
– Да пропади ты пропадом вместе со своим наследством!!!
Вечером мне позвонила Марина и сообщила, что Георгия все же взяли под стражу.
– Откуда узнали? – резко, по-деловому спросила я, потому что сразу вся подобралась, как перед боем.
– Мы размениваем квартиру. Я с утра поехала в агентство недвижимости со всякими бумагами. В агентстве обнаружили, что на одном из документов Георгий не расписался. Я поехала в «Гарду», а там его техник Наташенька бьется в истерике. Сказала, что Георгия Аркадьевича забрали прямо с приема. Хорошо, все же разрешили пациенту пломбу поставить. Я, разумеется, в милицию… С трудом нашла, где Гошка… Долго не хотели ничего говорить, поскольку я уже чужой ему человек. Пришлось сказать, что мы развелись фиктивно… ну… ради жилплощади… Такую историю завернула… В общем, выяснилось, что в прокуратуру обратилась гражданка Власова Злата Сергеевна с заявлением, что, по ее мнению, Гошка убил брата ради наследства.
– И ей
поверили? Вам, которая хоть и бывшая, но жена, говорить ничего не хотели, а какой-то Злате…
– Она не какая-то… Злата обнародовала свои с ним интимные отношения, дала показания, будто Георгий неоднократно намекал ей, что брат ему мешает получить богатое наследство, и призывал на голову Богдана всяческие кары небесные.
– Ну… призывать кары небесные – это вовсе не то же самое, что пойти и убить!
– Да, но она сообщила также, будто однажды при ней Гошка лечил зуб Бо и ввел какой-то новый анестезирующий препарат, после которого тот едва оклемался! И она подозревает, что это же лекарство Георгий использовал еще раз!
– Но ведь Бо нашли