Любовь по расчёту стр. 92
не могу. Мне тогда показалось, что он именно тот, единственный, мой собственный с головы до пяток, – Алёна мечтательно прикрыла глаза. – И очень, очень хороший!
– Дура! – рявкнула Лариса. – Тысячу раз дура. Димон – козел, а ты дура! Ну что ты себе придумала? Фантазерка ненормальная. Мужчина, если ему женщина нравится, серьёзно нравится, не смотрит на неё гипнотизёром, а к ней подходит, берет за руку и обещает с три короба, лапшу на уши вешает, цветы дарит, ну, или на худой конец, как твой Димон, водит её по музеям и выставочным залам. А уж если он женщину любит по-настоящему, он ей говорит: «Выходи за меня», и маму при этом не спрашивает. А пялиться можно и в журнал, – Лариса тоже ткнула пальцем в лежащий на столе журнал, – там красавиц пруд пруди, и никаких проблем.
Алёна пристыжено молчала, похоже, по всем статьям подруга опять оказалась права.
– Ну, хорошо, Лялек, ты, действительно права, – призналась она после недолгой паузы. – Но сама-то ты чего? Где твоя большая любовь и счастливая семья? У меня хоть Дим Димыч есть, а тебе скоро уже и рожать поздно будет.
– Рожать теперь никогда не поздно. Медицина даже у нас в этом вопросе продвинулась. А рожать от кого попало, как ты, я не хочу.
– Скажешь тоже, от кого попало, – обиделась Алёна.
– А что тебе не нравится? От осины апельсины не родятся. От козлов родятся козлики.
– Сама ты козлик. Мой Дим Димыч в меня пошёл. И не только внешне. Если бы ты знала, какие мы с ним друзья. Нам вместе очень интересно.
– Вот-вот! – Лариса подняла указательный палец кверху. – Я бы на твоем месте задумалась. Димон с Горгульей, небось, тоже друзьями были закадычными.
Алена испуганно глянула на Ларису, открыла, было, рот, но говорить ничего не стала. Ну, что может подруга понимать в воспитании детей? Хотя тревожная мысль о том, что Лариса опять права, невольно закралась в душу Алёны.
– Не обижайся, Лёлек, – видимо Лариса заметила в лице подруги нечто такое, что посчитала своим долгом извиниться, – конечно, твой Дим Димыч самый лучший! И правильно ты сделала, что родила. У тебя теперь и карьера удалась и ребенок подрастает. Это я от зависти. Меняю мужиков, как перчатки, но ни за кого замуж, а тем более ни от кого пока рожать не хочу. Всё какая-то некондиция попадается. То мама, как у твоего Димона, то жена бывшая почище горгульи, то одно, то другое, то сам с виду ничего себе такой, а внутри зануда невозможная. Короче, у всех свои тараканы в голове и скелеты в шкафчиках. Это, наверное, возраст уже такой. Но, как говориться, будем искать с перламутровыми пуговицами.
– А говоришь, хорошие они, – проворчала Алёна.
– Хорошие. Я тут с одним познакомилась в Москве. Ну, когда в командировке была, в центральном офисе отчитывалась, ты помнишь.
– И?
– Он в том же отеле жил, где меня поселили.
– Тоже командировочный? Фу-фу-фу! В отеле!
– Ничего не фу-фу-фу! Он по своим делам приехал. Из Самары, ресторатор. Симпампунчик такой и с виду очень состоятельный.
– Всё равно фу-фу-фу! И еще раз фу! С командировочным в отеле!!!!
– Ничего не было! – Лариса надула губы. – Просто поужинали вместе.
– И ты сразу решила, что от него