Лорды Белого замка стр. 241
носить его на шее.
– И меня этот крест благословить заставила, – угрюмо прибавил Хьюберт. – Вся в папашу: если чего в голову вобьет – ни за что не отстанет! У девчушки твоя железная воля.
– Моя! – запротестовала Мод. – Фульк всего лишь упрям. – Голос ее дрогнул.
Рассматривая подарок дочери, Фульк проглотил подступивший к горлу комок. Очень аккуратно он надел веревочку на шею.
– Хотя бы ради детей я должен заключить мир с Иоанном, – сказал он, держа на ладони крест, и глянул на Хьюберта. – У вас есть какие-то вести?
Опираясь на посох, архиепископ тяжело подошел к ближайшему поваленному стволу и грузно сел на него.
– Колени болят, – со вздохом пояснил он. Растирая их руками, Уолтер мрачно смотрел на Фулька. – Король говорит, что, если ты явишься к нему в Вестминстер и сложишь оружие, он отнесется к тебе снисходительно. Если же продолжишь играть в разбойника – затравит, как волка в лесу.
– Насколько снисходительно? – уточнил Фульк.
Хьюберт Уолтер поморщился:
– Иоаннн не желает уступать, но и граф Солсбери, и граф Честер надеются убедить его, что возвращение тебе Уиттингтона имеет смысл. И я тоже на это надеюсь, – прибавил Хьюберт, разводя руками. Его мясистые ладони были прочерчены глубокими линиями.
– Значит, пока еще Иоанна убедить не удалось, – прищурился Фульк.
– Нет, но у нас все непременно получится. Я уверен.
– Сначала вы были уверены, что мой отец получит Уиттингтон, однако ничего не вышло, – горько парировал Фульк. – Потом вы были уверены, что заключите перемирие с Филиппом, королем Франции, но переговоры закончились ничем.
Хьюберт Уолтер недовольно вздохнул:
– Кстати, именно по этой причине ты нужен королю, причем ничуть не меньше, чем тебе самому нужно его прощение. Вы оба должны пойти на компромисс. – Подавшись вперед, архиепископ выделил слово «должны», стукнув посохом о землю.
Фульк упрямо стиснул челюсти:
– Я сдамся ему, но в отношении Уиттингтона ни на какие компромиссы не пойду. Это условие остается неизменным. Я ведь как раз из-за Уиттингтона и стал в свое время разбойником. Пусть король отдаст то, что принадлежит мне по праву, а я до конца дней буду служить ему, насколько хватит сил. Если же нет… – Фицуорин пожал плечами и опустил глаза на маленький крестик, который по-прежнему держал в руках. – Если нет, то на что нам обоим надеяться? Уже добрых лет двадцать прошло с тех пор, как Иоаннн ударил меня шахматной доской, а я в ответ приложил его головой о стену. Во имя Господа, Хьюберт, вы должны придумать, как положить этому конец, ради всех нас.
– Именно это я и пытаюсь сделать. – Хьюберт двумя пальцами сжал себе переносицу
и потер веки. – Если ты хотя бы нанесешь королю визит в Вестминстере, я гарантирую твою безопасность. Как и Уильям Солсбери, и Ранульф Честер.
Фульк нахмурился. Он так долго жил, никому не доверяя, что теперь ему трудно было принять оливковую ветвь, не опасаясь, что та превратится в змею. Но разве не ради мира все это было затеяно?
– Ни один из баронов не тронет тебя и пальцем: пока ты гвоздь в сапоге Иоанна, ты не угрожаешь им. Я больше скажу, – с мрачной улыбкой прибавил Хьюберт, – многие из них тебе сочувствуют. Ты защищаешь не только свои, но и их интересы. Король может добраться