Лорды Белого замка стр. 301
был уже не один набег. Их явно не волнует, что ты с ними вроде как на одной стороне.
Фульк оглядел бревна, из которых был выстроен донжон: ну просто подарок для осаждающих. Хорошо, что борьба между Иоанном и его противниками не докатилась пока до этого отдаленного угла Валлийской марки. Но, не дай Бог, Ранульфу Честеру взбредет в голову атаковать Уиттингтон! Судьба замка будет предрешена, и тут уж даже самый опытный и искусный комендант гарнизона не поможет. У Лливелина не было сложной осадной техники, но для деревянной башни огонь тоже прекрасно подойдет, особенно в жаркое и сухое лето.
– На земли Пантульфа, – продолжал между тем Уильям, – валлийцы тоже совершали набеги, хотя семейству Корбет удалось спастись. Я, разумеется, предпринял в ответ пару набегов, чтобы маленько поумерить их воинственный пыл. Так что последние две недели все тихо.
Оставив лошадь на попечение конюха, Фульк направился в зал.
– Я договорился о перемирии до весны – правда, не с королем, а с Уильямом Маршалом. Встреться я с Иоанном, меня бы сейчас здесь не было.
Уильям, шагавший рядом, заметил:
– Лливелину не понравится, что ты подписал договор о перемирии.
– Ясное дело, ведь он думает лишь о благе Уэльса, – ответил Фульк, не желая углубляться в эту тему.
Войдя в зал, Фульк в недоумении огляделся. Там царил холостяцкий беспорядок: грязный тростник проминался под ногами, старый воск переливался за края подсвечников, скатерти на столах были все в пятнах и усыпаны крошками.
– Разве Мод с детьми еще не вернулась из Йоркшира? – спросил он, хотя ответ и так был очевиден.
Фульк получил от жены записку: кусок пергамента размером с ладонь, где холодно сообщалось, что она уезжает в их северные поместья. По краткости и тону письма Фульк понял, что Мод разгневана, но был уверен, что со временем это пройдет. Неужели она до сих пор на него сердится?
Ричард, поджаривавший горбушку на открытом огне, поднял глаза.
– Нет еще, не вернулась, – помявшись, сказал он.
Фульк свирепо зыркнул на него и пнул грязный тростник.
– У вас здесь как в хлеву! – проворчал он. – Может, вам и нравится жить в дерьме, а мне – нет. Немедленно приберитесь!
Ричард предпочел благоразумно исчезнуть. Уильям уже скрылся, сославшись на необходимость проследить, как упражняются с оружием солдаты вверенного ему гарнизона. Чертыхнувшись, Фульк взял с буфета кувшин мутного вина и не очень чистую чашку, взошел на помост и придирчиво осмотрел свои владения.
В ту ночь, до крайности недовольный и раздосадованный, Фицуорин закутался для тепла в свой плащ на меховой подкладке, но все равно никак не мог согреться. Уиттингтон казался ему отнюдь не раем и даже не просто домом, а заброшенными развалинами – вот только привидений тут не хватало. Наконец, не в состоянии сомкнуть глаз, Фульк встал, принес чернила, перо и пергамент, набросал короткую записку и оттиснул вензель золотой печаткой. После чего вызвал гонца и приказал ему с первыми же лучами солнца отправиться на поиски Мод.
Десять дней спустя, не получив от жены ни слова в ответ, Фульк уехал из Уиттингтона в Абер, где находился двор правителя Уэльса. Лливелин приветствовал Фулька достаточно учтиво, но сдержанно. Гость вел себя так же.
– Когда в Англии мир, Уэльс пожинает горькие