Библиотека

Лорды Белого замка стр. 99

Размер шрифта
-
+
Тема

предлагает Хьюберт Уолтер.

Хависа принесла ему бокал пряного вина, и Брюнин залпом выпил. Рука его лежала на бортике, а ноги пришлось слегка согнуть, чтобы поместиться в ванне.

– Когда ты получишь извещение? – спросила Хависа.

– Как только закончатся все юридические формальности. – Блеск в глазах супруга чуть угас, он устал, и морщины на его стареющем лице обозначились резче. – Ладно, не станем торопить события. Главное, что наконец-то признали наши законные права на Уиттингтон. На это ушло больше сорока лет, но теперь я знаю, что мои сыновья будут пожинать плоды победы. Уиттингтон снова будет принадлежать Фицуоринам, и это произойдет уже совсем скоро. Интуиция никогда меня не подводит. – Брюнин улыбнулся вымученной улыбкой. – Вот сейчас, например, она говорит мне, что я уже не так молод, чтобы угнаться за своими сыновьями, не заплатив за это впоследствии.

– Вино и ванна взбодрят тебя, – ответила Хависа, стараясь не показать, насколько огорчена этими его словами, которые удивительным образом совпали с ее собственными мыслями. Увы, здоровье у мужа теперь уже не такое богатырское, как некогда, и уставать он и впрямь стал гораздо быст рее. Но вслух сказала: – Не сомневаюсь, что наши сыновья в это время подсчитывают синяки и ссадины, которые получили, пытаясь угнаться за отцом.

– «Fulco fi lius Warini debet xl m. pro habendo castello de Witinton sicut ei adiuticatum fuit in curia regis, – гнусаво читал секретарь. – Фульку Фицуорину присуждается уплатить пошлину в сорок марок за передачу в его владение замка Уиттингтон, согласно решению, принятому королевским судом».

Морис Фицроджер вцепился в львиные головы, украшавшие подлокотники кресла в большом зале Уиттингтона, и заскрежетал зубами. Лицо его потемнело, а вены на шее и на виске вздулись, став похожими на веревки. Секретарь, заметив сии тревожные признаки, аккуратно положил свиток на стол и начал бочком-бочком отходить в сторону. Посланец, который принес письмо от знакомого Мориса, работающего в департаменте юстициария, уже предусмотрительно ретировался.

– Раньше я увижу этого ублюдка в аду! – прохрипел Морис. – Пусть платит пошлины, сколько ему заблагорассудится! А этой писулькой может подтереться! – И с этими словами он резко вскочил на ноги, схватил со стола пергамент и сунул документ в пламя факела. – Уиттингтон принадлежит моему роду, и так будет всегда!

Огонь зашипел, пожирая свиток. Капли красного воска разбрызгались по полу, как кровь.

– Я не понимаю, – сказал Верен, старший отпрыск Фицроджера. – Столько времени уже прошло. Почему теперь вдруг суд вынес решение в его пользу?

– Почему? – презрительно скривив губу, переспросил Морис. – Да потому, что Брюнин лижет задницу кому надо, а где его язык не достает – там папаше помогает старший сыночек. Эта семейка целует зад архиепископу Кентерберийскому. Им благоволит сам Хьюберт Уолтер, а нынче его слово в стране – закон.

Он выпустил из рук последний клочок документа, чтобы пламя не обожгло ему пальцы, и затоптал горящий пергамент, размолотив его каблуком.

– Но, папа, что же нам теперь делать?

Морис пришел в ярость.

– «Папа, что же нам теперь делать?» – зло передразнил он писклявый голос Верена. – Хнычешь, как младенец в пеленках! У тебя что, своего ума нет?

Верен стал пунцовым.

– Есть, конечно, но я полагаюсь на родительский опыт. И как почтительный сын…

– Оставь на время свою почтительность! – раздраженно рявкнул отец. – Скажи, сынок, как,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.