Лос Анжелес Таймс стр. 112
я тебе говорил по телефону, что в городе имеется лишь одно место, где я воспользовался этим именем.
Томми кивнул. — Банк. Я попросил кое-кого поговорить с Винфилдом. Он предпринял меры предосторожности.
— Томми, я не знаю, стоит ли мне оставлять деньги у этого человека. Что ты об этом думаешь?
— И сколько ты держишь у него?
— Примерно три-четыре миллиона.
— Эй, это неплохо. И ты пускаешь бабки в оборот, так?
— Почти все. Хотя, иной раз мне нужны определенные суммы наличными.
— Разве я не понимаю? — засмеялся Томми.
— В любом случае, ты здесь в полной безопасности. Колония Малибу — очень, очень надежное место.
— Хорошо, хорошо, — Томми приблизился к нему. — Слушай, парень, я так горжусь тобой. Ты — молодчина. Я постоянно читаю о твоих успехах.
— Ты видел статью в Ярмарке Тщеславия?
— Да, там малость перебрали.
— Скандал мало-помалу стихает. Я дал четверть миллиона на борьбу со СПИДом, — само собой, анонимно, понимаешь? На следующий день об этом сообщили газеты.
У Томми едва не отвалилась челюсть. — Ты дал четверть миллиона?
— Дешевое капиталовложение. Зато теперь в мире бизнеса меня считают филантропом. Единственная неприятность в том, что благотворительность в этом городе принимается малыми порциями. Там я даю десять штук, в другом месте двадцать.
— Да, малыш, ты можешь себе это позволить с тремя-четырьмя миллионами, вложенными в уличный бизнес.
— Томми, это только малая часть целого. На трех фильмах я заработал почти пятнадцать миллионов с учетом тех бонусов, которые оговорил в контракте. И на подходе другие фильмы.
— Ну, и сколько же тебе досталось в чистом виде?
— Ну, после вычета налогов, затрат, и тому подобного, может, четыре миллиона помимо того, что размещено в уличном бизнесе.
— Налоги, — покачал головой Томми. — Только представь, ты и я платим налоги.
— И ты тоже?
— Послушай, у меня теперь вполне законный бизнес — я управляю дюжиной небольших заведений одного холдинга. У нас свои офисы в офисном здании. И мы платим налоги! Это выводит власти из себя.
— Да, в этом залог будущего. Законность.
— Я всегда ищу возможность сделать капиталовложение. И несколько друзей настоятельно обращают мое внимание на Студию Центурион.
Майкл от неожиданности чуть не уронил свой бокал. — Центурион?
— Да, сэр. У меня появились кое-какие контакты в Японии. У них там есть своя маленькая Коза Ностра, только называется она якуза.
— Это очень интересно, — сказал Майкл.
— Да, они недавно вышли на нас. В течение многих лет они просачивались в крупные местные корпорации. И, только между нами: им удалось закрепиться в корпорации Ямамото.
— Правда?
— И они думают, что кино бизнес — очень прибыльное и выгодное дело.
— В этом они правы, — сказал Майкл. Универсал и Колумбия уже в кармане японцев.
— Мои друзья считают, что могут заработать гораздо больше денег, чем эти студии, используя, скажем так, более правильные методы.
— Это очень занятно.
— А ты как раз в Совете директоров студии Центурион.
— Был на днях на первом собрании Совета.
— И?
— Лео Голдмэн поставил всех в известность, что никогда не продаст студию, тем более японцам. Наверное, ты знаешь, что лично он владеет пятьюдесятью четырьмя процентами акций.
Томми слегка улыбнулся. — Не владеет, а контролирует . Это большая разница. Он поднялся. — Пойду-ка, лучше, освежусь. Мы позже вернемся к этому разговору. Томми ушел