Лотерея для неудачников стр. 30
у меня, по-твоему, таких было? Или ты про Настю забыл?
Олег отлично помнил Настю, милую девушку, производившую впечатление невинного ангела, а потом бросившую Костика ради какого-то черта, который при ней же говорил, как легко ему удастся ее заполучить. Заполучить Настю и правда оказалось для него плевым делом: в тот же вечер эти двое – буквально за спиной у знать ничего не знающего и ведать ничего не ведающего «ушастого лоха» Костика – обменялись телефонами. Настя, приехавшая из далекой Пензы покорять неприступную Москву, считала этого черта просто подарком судьбы, и, судя по его многочисленным и громогласным речам, дорогим подарком. Но в конечном итоге черт обернулся нулем без палочки и скоренько бросил доверчивую Настю, а через некоторое время почувствовал себя нехорошо. Да так нехорошо, что на следующий же день вынужден был обратиться к венерологу, который просветил его, что болезнь сия хоть и излечима, но очень неприятна, и получена им в результате беспорядочных связей интимного характера…
В общем-то, делая выводы из этой истории, можно было бы сказать, что Костику даже повезло. Если, конечно, не считать двухмесячной депрессии и непродолжительного запоя, из которого он выходил еще пару недель.
– Ну, прости, – сдался Олег. – Откуда я знал? Просто хотел тебя с девушкой познакомить. А то ты сидишь
здесь, как сыч, совсем один. Вот я и решил… Ладно, расслабься. Считай, что я вместо Светки ее привел. Хоть посидим нормально. Водка, селедка, все дела. В общем, как ты хотел…
Заслышав скрип щеколды в ванной, Костик прижал палец к губам. Хоть Вика ему и не нравилась, обижать девушку не хотелось. Она пришла к нему в гости, он – хозяин дома, так что, хочет Костик или нет, никуда он от нее не денется. Во всяком случае, в ближайший вечер.
На столе красовался настоящий натюрморт в русском стиле: миска с дымящимися пельменями, селедка, укрытая колечками лука, нарезанные ломтиками соленые огурцы – те самые, тульские, которые так нахваливал Костик, – водка, за-ради эстетики перелитая в графин, черный хлеб и даже сало, бог знает сколько дожидавшееся своего часа в морозилке. Вику этот натюрморт, как видно, не очень обрадовал, поэтому Костик вытащил бокал из любимого маминого набора, открыл вино и накрошил дор блю для привередливой гостьи.
– Ну что? – обвел он взглядом притихших Олега и Вику. – За лучший вечер – вечер пятницы?
– А может быть, все-таки за знакомство? – напомнил Олег.
– Можно и за знакомство, – согласился Костик. Знакомству с Викой он не очень-то радовался, но отказаться было бы верхом неприличия. – Мне очень приятно, что за моим столом сидит такая симпатичная девушка. В моем доме девушки вообще – редкость.
Вика так и не поняла, как расценивать этот тост, но все же чокнулась со всеми и сделала несколько глотков кьянти.
Алкоголь, как это часто бывает в компании людей, не слишком друг другу близких, оживил общение. Вика разрумянилась, начала улыбаться и даже как-то уж слишком благосклонно поглядывать на Костика. Но что хуже всего, у нее развязался язык. И хотя Костик старательно пережевывал закуску, чтобы не слышать того, о чем говорит Вика, вскоре он понял, что даже хруст за ушами не спасет его от участия в споре с этой девушкой.
– Всегда поражалась