Лотерея для неудачников стр. 82
подоконники на кухне и даже полка для перчаток и шарфов в коридоре.
В конечном итоге Валечка приняла решение: готовить для Влада самостоятельно, дабы отучить его от дурных привычек оставлять посуду где ни попадя.
Поскольку о готовке она имела довольно туманное представление, ей пришлось направить свои стопы в соседний книжный, где продавщица посоветовала ей «Азбуку начинающего кулинара», в двух словах, книгу, где подробно и пространно рассказывалось, что мясной фарш, в отличие от макарон, не нужно промывать в воде, а котлеты требуется обжаривать с двух сторон, а не только с одной.
Стоит ли говорить, что для Валечки, не меньшей, чем Влад, поклоннице
фастфуда, процесс приготовления пищи оказался целой наукой?
Но и тараканы, и грязная посуда, и полная тайн кулинарная книга были пустяками и безделушками в сравнении с «рабочими буднями», которые Валечка проводила в той же квартире, где боролась с удручающим беспорядком. А точнее, в комнате Влада – святая святых, куда он не допускал ее даже для уборки.
Приступив к работе, Валечка очень жалела, что своевременно не обзавелась респиратором. Он уменьшил бы количество пыли и табачного дыма, попадающих в ее легкие в процессе кропотливого труда за рабочим столом спасителя заблудших душ. Будучи человеком курящим, она понимала, что можно курить в процессе работы, но не понимала, как можно курить в таких количествах. В общем-то Влад и не нуждался в ее понимании. Он не обращал абсолютно никакого внимания ни на нервное трение пальца об ободок, ни на покашливания, ни на сильный кашель, ни на кашель человека, много лет работавшего на рудниках, ни на раздавшуюся в конце концов просьбу курить поменьше, ни на требование пожалеть ее легкие, ну и свои заодно, если они еще живы.
Практически на все Валечка получала один ответ:
– Я натура творческая, я этих ваших «фи» не понимаю…
Писатель – это диагноз, неоднократно повторяла Валечка, вздыхала и снова принималась печатать мудрые изречения Влада. Вообще-то судить о мудрости его изречений ей было сложно, так как в Академии туризма хоть и преподавали психологию, но за отсутствием практики Валечка очень скоро перезабыла все, что и тогда не слишком-то хорошо запоминала. Конечно, она могла отличить интроверта от экстраверта, сангвиника от флегматика, холерика от меланхолика, но на большее ее знания не распространялись.
В целом Влад писал легко, так сказать, ориентировался на массового читателя, но некоторые его суждения вызывали у Валечки молчаливый протест. Многое из того, что он с неподражаемым пафосом зачитывал, смахивало на статьи из дамских журналов типа «Розового глянца», номера которого хранились на полочке в Ленкином, да и в Лизином туалетах. Правда, в отличие от этих статей, книга Влада содержала немало терминов и примеров, которыми «Розовый глянец» не баловал своих читательниц.
Влад диктовал тексты сразу по нескольким источникам (это Валечка заметила, поскольку он периодически прерывался и рылся в своих папках, извлекая на свет божий новые и новые листы, среди которых попадались и те, что были распечатаны с компьютера). Слушая психолога, Валечка пришла к выводу, что женщина в его представлении проживает несколько жизненных этапов.
На первом этапе, то есть в юности, – наивная, если не сказать глупая, девушка мечтает о принце, надеется «вырастить» такую же грудь, как у лучшей