Библиотека

Ловушка для блондинов стр. 103

Размер шрифта
-
+
Тема

И четыре часа каталась по полу в страшных мучениях, поскольку хлорофос тут же выжег ей и пищевод, и желудок, а смерть все не наступала. Так ее и нашел муж…

А Кужеров в качестве алаверды к застольной беседе, рассказал мне про троих пьяниц; один из них жену в роддом отправил и пригласил родных собутыльников отметить это радостное событие. Пили они, пили, пока не бухнулись прямо на пол и не забылись алкогольным сном. А потом один из них проснулся и побрел по квартире, ища, чего бы выпить, — но не воды или кваса, разумеется. И набрел на бутылку с водочной этикеткой; очень обрадовался,

схватил ее и жадно к ней припал. Но не тут-то было: только он успел сделать глоток, как к нему подбежал другой. И с криками о том, зачем же он без друзей пьет, вырвал у приятеля злополучную бутылку и допил до конца. В бутылке же, как следует из логики событий, была вовсе не водка, а ацетон. Первый пьяница был спасен нашей доблестной медициной, а вот второго, который вырвал у друга отраву и допил ее до конца, спасти не удалось. И ведь даже не поняли, чего пьют…

А потом мы вместе с ним вспомнили смешной случай из давно минувших дней, про горчаковскую свадьбу. Лешка Горчаков эту историю рассказывал на каждой собирушке, и она неизменно имела успех. На его свадьбу приехали какие-то дальние родственники, он Даже не всех их знал по имени. Отмечали свадьбу в трехкомнатной квартире родителей невесты, народу было полно, и все, конечно, заснули вповалку без разбора спальных мест. Ночью жених проснулся от нестерпимой жажды и побрел по незнакомой квартире, пытаясь в темноте нашарить какой-нибудь живительный источник. И вдруг — о чудо! как по заказу — на какой-то попутной тумбочке явился его взору в бледном свете луны, проникавшем через окно, стакан с водой. Измученный жаждой Лешка схватил стакан и стал большими глотками пить оттуда воду. И пил до тех пор, пока по носу его не стукнула лежавшая в этой воде вставная челюсть какого-то приезжего гостя.

Развлекшись таким немудреным образом, Кужеров вроде бы отошел, и мы с ним с удовольствием попили чаю, а потом он для поддержания беседы начал читать стихи, и я поразилась, сколько он, оказывается, знает лирики! Кто бы мог подумать — Фужер, с его внешностью снежного человека и заскорузлыми ладонями, и вдруг Цветаева и Ахматова. Чего он только не читал мне в этот вечер! И Блока — “Девушка пела в церковном хоре”, и Шекспира — сто тридцатый сонет, “Ее глаза на звезды не похожи, нельзя уста кораллами назвать”, и даже Максимилиана Волошина, мое любимое стихотворение, “Голова мадам де Ламбаль”:

…Это гибкое, страстное телоРастоптала ногами толпа мне,И на тело не смела взглянуть я…Но меня отделили от тела,Бросив лоскутьяВоспаленного мяса на камне…

Я вообще не думала, что кто-нибудь из моих коллег знает это стихотворение; и вдруг — Кужеров!..

Он так вдохновенно читал произведения наших лучших поэтов, что я решилась спросить, а не писал ли он сам когда-нибудь?

— Писал, — смущенно признался он. — Давно, правда…

— Почитай, — пристала я к нему. — Ну, пожалуйста…

— Ну ладно, — сказал, наконец-, заалевший, как девушка, Кужеров. — Я тебе одно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.