Ловушка для главного дива стр. 189
и потому, что он был самым вместительным. По расчетам, Диогу даже в своей демонической форме должен без проблем поместиться внутрь и благополучно добраться до родины, где Криштиану найдет подходящую жертву, чтобы вернуть ментору материальный облик.
Проводив взглядом саркофаг, удаляющийся на тележке, Дуарте направился к поданному автомобилю. Водитель, мужчина средних лет, одетый в новый, с иголочки костюм, вышел, с глубоким поклоном открыл заднюю дверцу и на чистом португальском представился:
– Захар, ментор Московской Академии. На время вашего визита поступаю в полное ваше распоряжение, за исключением похода в Пустошь. Добро пожаловать в Санкт-Петербург, Ваше Высочество.
Что же, логично. Было бы странно, если бы дон Меньшов оставил такого гостя, да еще прибывшего по столь необычному делу, без присмотра. И без защиты. Разумеется, допустить, чтобы с проректором другой Академии на российской земле случилось что-то плохое, было нельзя, это обернулось бы крупным скандалом. Дуарте не сомневался, что этот Захар – бештафера очень сильный и опытный.
Поблагодарив бештаферу с необычным именем, Дуарте сел в машину и краем глаза отметил, что Захар распахнул переднюю дверцу для Жузе.
«Почти. Уже почти. Диогу, потерпи еще немного…»
Думать о чем-то, кроме своего бештаферы, Дуарте не мог. Но эти мысли уже не причиняли той жгучей режущей боли, только заставляли сердце биться чаще от нетерпения. Хотелось немедленно рвануть к порталу, в Пустошь, и любые задержки вызывали раздражение. Но Дуарте упорно давил эти порывы, убеждая себя, что с таким сильным и умным бештаферой, как Диогу, за несколько часов в Пустоши ничего не случится. А готовиться к поискам нужно тщательно, чтобы самому не сгинуть следом за спасаемым. А для этого как минимум требовалось встретиться с русской императрицей.
Дуарте погладил пульсирующий на запястье браслет из живой теплой паутины.
«Как же хорошо, что у тебя есть такое оружие. Как же замечательно…»
Автомобиль мягко тронулся и выехал на шоссе, окруженное густым лесом. А вскоре свернул и въехал в город.
Водитель, похоже, выбрал самый живописный маршрут. Наверняка по просьбе ректора, прекрасно понимавшего, что в прошлый визит в Санкт-Петербург, во время Прорыва, Дуарте не имел возможности насладиться видами этого роскошного города. И теперь колдун, во многом чтобы отвлечься, откровенно любовался красотой улиц, домов и необычных храмов.
В 1755 году на Лиссабон обрушилась поистине страшная катастрофа – Великое лиссабонское землетрясение. Город за считанные минуты был практически стерт с лица земли. И лишь благодаря усилиям маркиза де Помбала и ордена масонов, предоставивших для восстановления города своих превосходно обученных строительству бештафер, Лиссабон удалось отстроить в рекордные сроки. И теперь его архитектура чем-то напоминала Петербург, однако заметно уступала имперской роскоши бывшей российской столицы.
Чем ближе к центру, тем роскошнее становились здания: настоящие дворцы с витражами, статуями и барельефами. То тут, то там сияли купола соборов, мосты украшали великолепные фигуры и изящные кованые перила, окрашенные в зеленый и золотой. Несмотря на холодную сырую погоду, город буквально сверкал.
Дуарте знал, что с начала века Петербург уже не столица. Но столичный лоск не просто сохранился, было видно, что город не только любят, но по-настоящему ценят и гордятся им. На миг стало грустно: Лиссабон определенно проигрывал этому великолепию.
– Надо что-то делать… – тихо пробормотал Жузе, и Дуарте усмехнулся: племянник, очевидно, думал о том же.
– Хочешь перестроить Лиссабон? Но ты даже не мэр.