Ловушка для главного дива стр. 231
малюсеньком помещении под зданием, полным людей? И не обрушить институт вместе со всеми в нем находящимися?
А Митрофан, увидев, что его соперник внезапно обрел непонятную и огромную силу, не стал атаковать, а вместо этого метнулся к лестнице, по которой только что спустился колдун. Кузя почуял исходящий от беглеца страх.
– Стой… – выдохнул из последних сил Афонсу и, прислонившись к дверному косяку, вдруг сполз на пол. Голова его бессильно упала на плечо, а изо рта вместо звука вырвался свистящий хрип.
Но Кузе хватило секундной заминки.
Котом он настиг Митрофана прямо в дверях, вцепился отросшими когтями в спину и занес лапу, готовясь нанести еще один удар. И тут же чем-то острым, скорее всего, клювом, ему распороло лоб.
Глаза залило кровью. Кузя зарычал, слизнул кровь мгновенно вытянувшимся языком и запустил когти глубже. И Митрофан с котом на спине пулей полетел вверх по лестнице.
Кузя упорно висел, запуская когти все глубже и надеясь, что найдет возможность отцепиться на улице и атаковать в полную силу. Где-то наверху в институте истошно завыла пожарная сирена. Стало ясно: помощь уже спешит.
«Да скорее! Кто-нибудь!», заорал кот по ментальной связи; с лестницы его должны услышать. И тут мощный удар впечатал его в пол. Митрофан, похоже, понял, что при контакте странно выросшая сила перестает действовать, и перешел в атаку. Вернув человеческую форму, он прижал кота сверху, впиваясь острыми когтями в кошачьи бока. Но почему-то не стал добивать, а просто отшвырнул в сторону и снова бросился вверх по спасительной лестнице.
«Уйдет!»
Кузя рыкнул, поднялся на лапы и бросился следом за беглецом, но неожиданно столкнулся с ним прямо в проходе: Митрофан почему-то вернулся назад. И тут же, не тратя времени даром, нанес коту удар ногой в живот.
Он все понял! Догадался о самом уязвимом месте техники Френкель! И больше не даст заманить себя в ловушку… Эффект неожиданности был упущен.
«Да помогите же!» – взмолился Кузя, уже без особой надежды.
Но помощь пришла, правда, не с той стороны, откуда Кузя ее ждал.
Раздался грохот и треск. С потолка посыпались осколки кирпичей, и в образовавшуюся дыру просунулась длинная лебединая шея. Из клюва, полного острейших зубов, раздалось угрожающее шипение.
Иннокентий! Как же он вовремя!
Митрофан отпустил изрядно помятого Кузю, вскочил и развернулся к новому противнику. А Кузя тут же поднялся, переместился к проходу и замер в дверце, всем видом показывая, что вернуться за колдуном он не позволит.
Кирпичи и куски штукатурки снова посыпались потоком, и в расширившееся отверстие протиснулась серая химера.
– Держите его! – заорал Кузя, но поздно. Митрофан, обернувшись выпью, помчался по коридору, и в следующее мгновение только серый птичий хвост мелькнул в вентиляции. Владимир и Иннокентий рванули за ним, на ходу меняясь: Владимир обратился крысой, а лебедь – длинным юрким хорьком.
Кузя уже почти бросился вслед за ними, ведомый инстинктом кота, от которого ускользает добыча, но тут до его ушей донесся хриплый стон.
Афонсу!
Владимир и Иннокентий точно справятся сами. Есть тот, кому немедленно нужна помощь. Кузя отключил прибор Френкель и рванул назад.
Юный колдун лежал на полу ничком, его пальцы, покрытые кровью, судорожно вцепились в косяк, словно он пытался встать. Он пришел в сознание, но дышал тяжело, с хрипами и всхлипами, а лицо и рубашка были измазаны кровью – непонятно,