Ловушка для главного дива стр. 235
в институт. Кузя сражается, операция пошла не по плану.
– Ну что же вы, Гермес Аркадьевич, сразу видно, что вы совсем недавно возглавили Управление, – пробурчал Булгаков, поднимаясь со своего стула. – На моей памяти ни разу не случалось, чтобы хоть что-то пошло по плану.
Он поднял висящий на шее бинокль и подошел к окну. И не успел Аверин покинуть Кофейный домик, как князь воскликнул:
– Твою через три черта коромысло! Взгляните только!
Аверин схватил бинокль и поднес к глазам. Он увидел, как из дверей института повалили студенты. До штаба докатился вой пожарной сирены, и почти сразу в ответ взвыли сирены трех машин скорой помощи, ожидавших неподалеку.
А в какой-то сотне метров от оцепления из земли вырвался трехметровый фонтан пыли и камней. И чутьем, даже не взглядом, колдун понял: демон пытается скрыться. И это полный провал. Даже если его удастся остановить, то серьезных разрушений уже не избежать.
Дистанционное оружие Митрофана называлось просто и емко, Рикошет, и представляло собой несколько искаженную версию оружия Иннокентия. С одной только разницей: вместо попадания в противника отраженный удар улетал хаотично, абсолютно в любую сторону, и предсказать траекторию было абсолютно невозможно. Зато и сила, и количество отраженных ударов были ничем не ограничены, что делало Митрофана ценным, когда он служил. И чрезвычайно опасным в центре огромного города.
А еще у него наверняка с собой амулет блокировки. Стоит демону скрыться от глаз преследователей, и он уйдет.
Аверин прямо с биноклем в руках вылетел из Кофейного домика.
– Стойте! – Меньшова выскочила за ним и схватила колдуна за руки. – Какого черта? Что вы можете сделать? Они там отлично без вас справятся!
– Верно, – поддержал ее вышедший следом Булгаков, – там скорее для чародейки полно работы. Скоро будет много раненых. А вы, Гермес Аркадьевич, теперь руководитель и не должны сломя голову мчаться в бой. Так что привыкайте и не волнуйтесь, Владимир с Иннокентием его не упустят.
– Главное, чтобы не убили, – раздался совсем рядом знакомый голос.
Из-за угла появился ректор Меньшов собственной персоной. В руках у него тоже был бинокль.
– Но Дмитрий Петрович прав. Колдуны только помешают. Тем более что мы понятия не имеем, где и Митрофан, и преследователи.
– Вы? – выдохнул Аверин. – Что вы тут делаете?
– То же, что и вы, – улыбнулся старый колдун и поднял бинокль.
– Я имею в виду, в Петербурге! И… вы подслушиваете разговоры Управления?!
– Конечно же нет, Гермес Аркадьевич. Но вы правда думаете, что я тут один?
– С Инессой? – с облегчением спросил Аверин.
Он чувствовал, как натянуты нервы, и не понимал, отчего именно: от последствий запрещенного зелья, оттого, что Кузя сражается, или просто окончательно сдавшие нервы требовали немедленных действий?
– Увы. Всего лишь с Захаром. Но он уже связался с вашей группой, а сам находится среди толпы, следит, чтобы не началась паника. Я правильно понимаю, что Митрофана преследуют Владимир и Иннокентий?
– Да. И возможно, Кузя.
Вдаваться в подробности Аверин не стал. Позже.
Колдун вдруг почувствовал себя студентом, провалившим экзамен. Несмотря на слова Булгакова о том, что по плану не идет ничего и никогда, он все равно отлично понимал, насколько операция близка к катастрофе. И вся надежда только на опыт дивов, преследующих преступника.
И мальчик, португальский принц, что с ним? И с Олегом? Этого Аверин тоже не знал.