Ловушка для вершителя судьбы стр. 141
дочь рыбака и несостоявшаяся пассия Его Величества. Худой мужчина в мешковатой одежде, с неподвижным лицом и медленной походкой – Палач, казнивший сам себя. Щуплый пожилой человек с мелкими чертами лица и подрагивающими руками – раскаявшийся братоубийца Матиас. Статный красавец с завораживающими карими глазами и гордым взглядом – великий художник Карл. Седая женщина с царственной осанкой – Даная, сребролюбивая монахиня. Странное, конечно, сочетание, но жизнь богата на варианты…
Алеша пытался по выражению их лиц понять приговор, который они вынесут сейчас своему бывшему хранителю. Но это было трудно. Все пятеро застыли, словно на групповом портрете. Казалось, им вообще неинтересно то, что они здесь услышали. Для бывшего писателя такая реакция казалась более чем странной – сам он был буквально поражен происходящим.
После того как перед глазами прошла вся его жизнь, все в сознании перевернулось. Теперь он не мог понять – как же так? Сорок с лишком лет он топтался на одном месте. Догадывался, что живет не своей, неправильной жизнью, но боялся что-то изменить. А ведь знал, чувствовал, где его настоящее место, истинное призвание… Многие люди не знают, им приходится мучиться в поисках себя, а ему, Алексею Ранцову, оказывается, было страшно сделать лишь один шаг в нужном направлении. Да-да, это он сам во всем виноват. Что ни говори, ему просто удобнее было слушать то, что он называл внутренним голосом, чем слышать самого себя. А Борис? Из рассказа ангела выходило, что старый друг тоже жил не своей жизнью. Правда, ему немного легче. Он ведь всегда писал, пускай и в стол, но говорил при этом, что слава ему не нужна. Однако кто знает, что у него на душе, не повторит ли он его, Алеши, ошибку, не уйдет ли по чуждой дороге так далеко, что обратного пути уже не будет? Бедная Рита… Бедные дети. Нет, этого никак нельзя допустить!
– Мне нужно вернуться, – Леша закричал так громко и взволнованно, что сам не узнал своего голоса. – Пожалуйста, поймите, мне нужно вернуться! У меня там остался друг… Он должен прожить жизнь писателя. Он, а не я! Я ему все объясню, он поверит. Мне нужно к нему, хотя бы ненадолго!
– Возможно, – задумчиво произнес Судья. – Но сначала нам нужно закончить.
В зале снова стало тихо. Казалось, все присутствующие погружены в собственные мысли и никому нет дела ни до Алексея, ни до Зачитавшегося ангела.
– Вы прощаете своего хранителя? – обратился Судья к первой подопечной.
– Нет. Не прощаю, – голос толстушки звучал так тихо и глухо, что Леше пришлось напрячь слух, чтобы разобрать то, что она говорит. – Я родилась для простых человеческих радостей. Мне не нужны были эти интриги. Я могла бы выйти замуж за простого рыбака, как мои сестры, родить дюжину детей и быть счастливой. Или за оружейника. Да, лучше за оружейника. Он полюбил бы меня, я знаю. Если бы не он, мой хранитель… – Губы Эльзы скривились. – Мне не было нужно ничего из того, что он хотел для меня сделать! Если бы можно было выбирать, я не выбрала бы себе такого ангела.
– А вы? – теперь Судья обращался к Палачу.
– Прощаю ли я? Да. Но разве есть за что? Я сам прожил свою жизнь. И последнее