Библиотека

Лучше умереть! стр. 643

Размер шрифта
-
+
Тема

Дюшмэн.

— Цифру лучше округлить, чтобы не мучиться с подсчетами. Сударь, — продолжил Этьен, обращаясь к Полю Арману, — я пришел попросить вас передать мне в пользу Люсьена Лабру сумму в пятьсот тысяч франков, являющую собой вложенный в ваше предприятие капитал, прибыль от него и прибыль от прибыли, ибо сто девяносто тысяч франков, о которых идет речь, были украдены вами у его отца в 1861 году.

— Меня зовут Поль Арман, — вскричал несчастный злодей, обезумев от ужаса. — Вы изволите оскорблять меня!

— Вас зовут Жак Гаро, и вы подлец, — сказал художник.

— Чудовищная ложь, гнусная клевета!

— Вот свидетельство о смерти Поля Армана. Выпускник Школы искусств и ремесел в Шалоне скончался в женевской больнице. Полноте, Жак Гаро, пришло время платить по счетам. Правосудие с вами расквитается потом. А сейчас вы выложите мне пятьсот тысяч франков.

— Я оказался совсем безоружен! — запинаясь, проговорил разъяренный миллионер. — Ну что ж, значит, все кончено… и вместе со мной погибнет моя ни в чем не повинная дочь.

— Все зависит от вас, — заметил художник, — сначала расплатитесь… а потом посмотрим.

Жак Гаро, в душе которого мелькнул проблеск надежды, произнес:

— Но у меня нет здесь такой суммы…

— Увольте, сударь… Сегодня утром вы получили у своего банкира как раз пятьсот тысяч франков; эту сумму вы намерены были выплатить своему сообщнику, Овиду Соливо; вчера он был арестован. Уж поверьте… и сделайте это добровольно.

Лже-Арман открыл ящик стола и достал пять пачек.

— Здесь пятьсот тысяч франков… — сказал он.

— Хорошо, — произнес Этьен, раскладывая деньги по карманам. — А теперь возьмите ручку и напишите то, что я вам продиктую.

Бывший альфорвилльский мастер покорно приготовился писать.

Художник продиктовал:

— Я, Жак Гаро, в присутствии господина Этьена Кастеля и господина Рауля Дюшмэна признаюсь…

Жак Гаро замер, на лбу у него выступил пот.

— Вы хотите, чтобы я сознался во всем письменно… — произнес он, — но, имея на руках такое признание, вы сможете

погубить мою дочь… Я не буду ничего писать.

Внезапно в кабинете появилась Мэри. Медленно, словно сомнамбула, она подошла к столу.

— Вы будете писать, папа, — молвила она; голос ее звучал так, будто доносился уже из могилы.

Жак Гаро рухнул перед дочерью на колени и, протягивая к ней руки, с трудом проговорил:

— Девочка моя… детка моя дорогая… Они хотят опозорить нас обоих.

Однако сопротивляться у него уже не было сил. И он сделал то, что велела дочь, — она словно окаменела, опершись рукой о стол. Художник принялся диктовать:

— …признаюсь в следующем:

В том, что прилагаемое к этому документу письмо я написал Жанне Фортье в сентябре 1861 года и подписано оно мною лично.

В том, что в тот же день я украл у господина Жюля Лабру, владельца завода в Альфорвилле, деньги в сумме свыше ста девяноста тысяч франков.

Жак снова замер.

— Нет… нет… — пробормотал он, протестующе выпрямляясь.

— Пишите, папа, — повторила Мэри, — иначе я сама напишу это за вас.

Несчастный, опустив голову, дописал продиктованное. Этьен Кастель продолжал:

— В том, что украл у своего хозяина, Жюля Лабру, не только деньги, но и чертежи его последнего изобретения; поджег завод и убил его самого.

В том, что покушение на жизнь Люси Фортье было совершено моим сообщником, Овидом Соливо, равно как и попытка убийства

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.