Лучшее из времён стр. 9
вошли.
Библиотека была будто каменный карьер, над которым десять тысяч лет не выпадали дожди. Погляди в одну сторону, сколько хватает глаз, - тишина. Погляди в другую сторону - безмолвие.
Мы, мистер Диккенс и я, остановились на пороге безмолвия. Мистер Диккенс дрожал. И вдруг я вспомнил, что за все лето ни разу не видел его здесь. Он боялся, что я сейчас подведу его к полкам с художественной литературой и там будут все его книги уже написанные, напечатанные, обрезанные, переплетенные, выданные, прочтенные и возвращенные на полку.
Будто я способен на такую глупость! И все-таки он взял меня за локоть и лихорадочно прошептал:
- Малыш, зачем мы здесь? Пошли. Здесь никого нет.
- Слушайте! - прошипел я.
Далеко-далеко, где-то за стеллажами, послышался такой звук, словно бабочка повернулась с боку на бок во сне. И еще - будто крохотный ноготок скреб крышку.
- Слышите! - прошептал я.
Глаза мистера Диккенса расширились.
- Я знаю этот звук, - сказал он, помолчал, затаив дыхание, и кивнул. - Там кто-то пишет.
- Да, сэр.
- Пишет пером. И пишет... да... пишет стихи, - вымолвил мистер Диккенс. Ну конечно, где-то там кто-то пишет стихотворение, верно? Завитушка, завитушка, черточка, завитушка. Это не цифры, Дуг, не цифры и не сухие
факты. Слышишьвзмах, слышишь - взлет? Стихи, клянусь богом, да, сэр, никакого сомнения - стихи!
- Мэм! - позвал я.
Бабочка перестала шевелиться.
- Не прерывай ее! - зашикал на меня мистер Диккенс. - В разгар вдохновения! Пусть пишет!
Бабочка снова принялась чиркать. Завитушка, завитушка, черточка...
- Мэм! - позвал я так мягко, так настойчиво. Что-то зашуршало в коридорах, и показалась заведующая библиотекойженщина без возраста, ни молодая, ни старая, женщина бесцветная, ни смуглая, ни бледная, женщина без роста, ни маленькая, ни высокая, - женщина, которая часто говорила сама с собой там, среди сумрачных пыльных стеллажей, говорила шепотом, словно это шелестели страницы.
Она шла, неся неяркую лампу своего лица, освещая себе путь своим взором. Губы шевелились - она перебирала слова в безбрежном пространстве за ее туманными зрачками.
Чарли жадно читал ее губы. Он кивнул. Он подождал, когда она остановится и увидит нас. Вдруг взгляд ее прояснился.
Она тихо ахнула, потом рассмеялась над собой.
- О, Дуглас, это ты и... - Ее лицо подобрело. - Вы ведь друг Дуга, мистер Диккенс, верно?
Чарли смотрел на нее с тихим, почти пугающим обожанием.
- Мистер Диккенс... - Я тронул его за локоть. - Разрешите представить вам.
- "И смерть меня не остановит"... - прочел Чарли по памяти, закрыв глаза.
Библиотекарша мигнула, и лоб ее побелел, словно в лампе прибавили свет.
- Мисс Эмили, - сказал он.
- Ее зовут... - начал я.
- Мисс Эмили, очень приятно. - Он протянул ей руку. Она коснулась кончиков его пальцев.
- Очень приятно, - отозвалась она. - Но как...
- Мисс Эмили, - сказал он, - вы - поэт. Я слышал, как вы там скрипели пером.
- Что вы, пустяки.
- Выше голову, больше смелости, - ласково молвил он. - Это вовсе не пустяки. Я видел, как вы говорили про себя, когда шли, несколько строк. Я умею читать