Луна двадцати рук (сборник) стр. 66
седой преподаватель, качая головой, сочувственно смотрел на него.
— Как они калечат молодежь! Нужно изменить всю систему. Но об этом уж я сам позабочусь. Я пишу книгу, которая наверняка вызовет скандал, но она необходима.
— Полную или короткометражную? — поинтересовался Эроальдо, выходя из лифта.
— Я пишу ее пером, это более действенно.
«Какой-то сумасшедший, только этого мне не хватало!» Эроальдо учтиво улыбнулся, одновременно пытаясь незаметно улизнуть, но старик крепко держал его за локоть.
— Внизу, в подвале, вам придется подождать несколько часов, прежде чем вы узнаете окончательные результаты конкурса. Пойдемте со мной. Тут есть кафе-автоматы.
— Дорого? — с тревогой спросил Эроальдо.
— Не очень. Нельзя же целый день поститься! Успокойтесь, иначе вам непременно станет дурно. Ведь предстоит еще одно трудное испытание. Я-то знаю, не первый год сдаю экзамены.
— И каждый раз проваливаетесь? Вас до сих пор не зачислили в штат? — изумился Эроальдо.
— Я уже двадцать лет состою штатным преподавателем.
— Простите, но зачем же вы тогда приходите?
— В том-то и дело, что все эти конкурсы — бессмысленная затея. Присядем. Судите сами, по правилам конкурс открыт для всех дипломированных педагогов. У меня диплом есть, значит, я тоже могу принять участие. Ну, не глупо ли? Поэтому я и начал писать книгу. Школьная система Италии нуждается в реформе. Я предвидел это тридцать лет назад. Так продолжаться не может. Видите ли…
— Извините, а что это такое? — И Эроальдо показал на огромный экран, занимавший всю заднюю стену; толстая черная линия делила его пополам.
— Здесь появляются фамилии победителей с указанием набранных очков. Но списки поминутно изменяются, ведь еще не все экзамены кончились. Фамилии соискателей постоянно переходят из верхней половины экрана в нижнюю, по мере того как машина корректирует результаты и выявляет новых победителей конкурса. Если ваша фамилия вверху, то у вас есть шансы получить место, ну, а если внизу… Но не расстраивайтесь, коллега, до появления окончательного списка всегда остается надежда… Простите, ваше имя?
— Эроальдо Банкони.
— Новых сведений пока нет. Успеете подкрепиться. Я подожду здесь.
Эроальдо поблагодарил и подошел к автомату. Прежде чем выбрать блюда, он внимательно ознакомился с ценами.
— Вот теперь-то и начинается обман.
Эроальдо обернулся и увидел рядом с собой преподавателя в роговых очках.
— Что вы хотите этим сказать? — спросил Эроальдо.
— А вы не знаете? Рекомендации, политические взгляды…
— К счастью, машины политикой не занимаются, — убежденно заявил другой соискатель.
— А кто в них данные вводит? — с иронией спросил учитель в очках.
— Члены комиссии вне подозрений: разве вы сами не видите, что их заставляют молниеносно принимать решения? И кроме того, ведь все фиксируется. А чтобы
смошенничать, нужно время.
— Зато чтобы ошибиться, достаточно секунды. К тому же магнитные ленты исчезают в чреве машины, а если она чувствительна к индивидуальному магнетизму кандидата, тогда прощай справедливость. И машина может быть пристрастной.
Эроальдо широко раскрыл глаза:
— Я с вами совершенно согласен. Какое тонкое научно-фантастическое объяснение!
И он ринулся к экрану.
Его фамилия была в самом низу. Буквы почему-то все время расплывались. Тысяча чертей! А вдруг его магнетизм не понравился машине? Решительно его фамилия заметнее других прыгала перед глазами, и мерцание красных букв пугало Эроальдо — он еле сдерживался, чтобы не разрыдаться. Подлый робот, продажная тварь, что я тебе сделал?!