Мадам Змея стр. 27
в одну щеку, потом в другую.
— Добро пожаловать в обитель, маленькая герцогиня! — сказала монахиня.
Другая послушница улыбнулась девочке.
— Мы слышали о твоем скором прибытии и ждали тебя с нетерпением.
Затем сама наставница приблизилась к Екатерине. У женщины были блестящие глаза и розовые щеки. Екатерина не видела в ней никакого сходства с хозяйкой Санта Лючии.
— Наша маленькая герцогиня, наверно, устала и проголодалась. Накормим ее, и потом она сможет отправиться в свою келью и отдохнуть. Мы поговорим с тобой утром, герцогиня.
Екатерина смутилась. С ней происходило много странных вещей, она уже потеряла способность удивляться. Ей отвели почетное место за длинным монастырским столом; она заметила, что в супе плавало мясо, и вспомнила, что этот день был пятницей; рыбу подали с соусом; такая пища больше подходила дворцу Медичи, чем монастырю. За столом разговаривали, в то время как в Санта Лючии во время еды все молчали. Но усталость не позволяла Екатерине размышлять об этом. После еды и молитвы две монахини, встретившие Екатерину, отвели ее в келью. Постель была мягкой, и девочка вспомнила о том, что недавно ела мясо. Послушницы держались с ней дружелюбно, даже почтительно. Она могла спросить их, почему здесь подают по пятницам мясо; Екатерина сделала это.
— Здесь, в Мюрате, мы можем есть мясо по пятницам. Святой Отец много лет назад дал нам специальное разрешение.
Они удивились тому, что на Екатерине была рубашка из грубой ткани. Ей принесли одежду из тончайшего хлопка.
— Это лучше подойдет твоей нежной коже, герцогиня.
— В Санта Лючии все надевали на голое тело одежду из грубой ткани, — сообщила им девочка.
— Это нормально для Санта Лючии, но здесь, в Мюрате, много послушниц благородного происхождения. Мы сочетаем набожность с благоразумием. Из почтения к Господу носим платья темных тонов, но под них надеваем нежное белье. А теперь спи, маленькая герцогиня. Ты находишься среди друзей.
Одна из монахинь наклонилась и поцеловала девочку.
— Мой брат
— член партии Медичи, — прошептала послушница. — Он обрадуется, узнав, что ты в безопасном месте.
Вторая монахиня тоже склонилась над Екатериной:
— Моя семья ждет свержения республиканцев.
Екатерина посмотрела на женщин; все трое рассмеялись.
— Завтра мы познакомим тебя со сторонниками твоей благородной семьи. Таких в Мюрате много.
— Но здесь есть и сочувствующие республиканцам? — спросила Екатерина.
— Да. Но это делает жизнь более захватывающей! — сказала первая монахиня, поцеловав девочку.
Оставшись одна, Екатерина не смогла заснуть. Она поняла, что ее жизнь изменилась по сравнению с той, что она вела в Санта Лючии.
— Пожалуйста, сядь, — сказала настоятельница.
На большом стуле девочка казалась крошечной, ее ноги не доставали до пола. Но сколько в ней было выдержки, достоинства, редких в таком возрасте! Воспитывать этого ребенка будет легко и приятно. Настоятельница сочла нужным побеседовать с девочкой еще и потому, что сразу отметила ее наблюдательность и ум.
Днем ранее Екатерина стала свидетельницей поступления в монастырь новой послушницы. В таких случаях всегда устраивалась церемония, которая дала название этой обители. Девушка прибыла в сопровождении высокопоставленных церковных иерархов; они пробили в стене монастыря брешь, через которую она проникла в обитель. Затем дыру заделали. Все происходило в торжественной обстановке; девушка вошла в монастырь, чтобы остаться в нем навсегда. Отныне она никогда не сможет покинуть