Маги без времени стр. 284
Героев, его ведь давным-давно никто не видел. Но вот чёрный мрамор… его традиционно изображали тёмной фигурой… а ведь в этом была подсказка, затаённая гордость юного мага из дальних южных земель, гордость своим происхождением и цветом кожи.
– Зачем ты приказал натурфилософам сотворить изменённых? – спросил я.
– А… – повелитель открыл глаза. – Так это самое главное, что тебя задело? Учёные никогда не останавливаются, юноша, они ищут знания, тешат любопытство, а в итоге творят зло. Как дети, право… Если бы я не занял их этой задачей, они нашли бы другое зло. А тут был шанс. Для всех. Без магии. Детей жалко, но дети всегда страдают. Такова природа. Когда живёшь долго, начинаешь взвешивать зло. Большое и маленькое. Страшное и ещё страшнее.
– Но ещё ты мечтал о бессмертии, – сказал я. – Изменённые старятся медленно.
– Да, – согласился Тёмный Властелин. – Но мне поздно. Не работает.
Он закашлялся. С ноткой любопытства спросил:
– Если бы я сразу был с тобой добрее… обещал бы прощение и исполнил свои слова… ты поделился бы со мной руной Танри? Дал бы мне новое время?
– Ничего бы я тебе не дал. Я бы сам её не понял, – ответил я. – Надо было тебе найти других рунных магов, чтобы разобраться в руне. Опытных магов, а не сумасшедшего натурфилософа Ирбрана.
– Да ты смеёшься, – ответил Уинвард. – Любой, кто её разгадает, не выпустит тайну из рук. И ты не выпускай, юноша. Не надо миру такого испытания.
– Как ты протянул так долго? – спросила Мира. – Сто лет… нет, ведь больше… и магия!
– Я почти не использую руны с Великой войны, – ответил Тёмный Властелин. – Плохая репутация – хорошая штука. И я всегда был силён в контроле, я создал регуляторов, заклеймённых руной Бога. Они впускали меня в свой разум, и я жёг их время, когда требовалось.
– Впускали? Ты сам в них входил! – сказала Мира.
– Нет-нет. Это требует слишком много времени. Они сами меня звали. Любовь и преданность, ощущение причастности к великой цели – они сильнее страха. Иногда я успевал выйти, но чаще оставался в них до конца. Слишком велико искушение – снова ходить, видеть, творить чудеса.
Тёмный Властелин помолчал. Сказал с грустью:
– Наверное, вы правы, и я злодей. Ну так что? Мне трудно беседовать долго. Я выгнал персонал, а это тело надо массировать, питать и удалять отходы. Если пришли убивать – убивайте.
Я покосился на Сеннеру. Девочка-рептилия неподвижно стояла у стены.
– Освободи эту изменённую, – сказал я. – Помоги нам найти нашу дочь. И можешь жить своё время.
– Что случилось с вашей дочерью? – спросил Тёмный Властелин. – Ирбран не вернулся из Рунного Древа.
– С ней случилась Мирарек. Она использовала неизвестное мне заклинание. Она даже не касалась девочки, но возникла труба из света и уволокла её…
– Труба из света. – Тёмный Властелин помолчал. – Цветная?
– Цветная! Где нам искать дочь? – воскликнула Мира.
– Нигде, – сказал Уинвард. – Мирарек изучала время. Двадцать лет назад я был в отчаянии и угрожал ей. Требовал дать мне руну Танри. Мирарек ответила, что если я не уймусь – она пошлёт убийцу в прошлое, и тот задушит меня в колыбели. Понимаете?
Он стал смеяться тихим, кашляющим смехом.
– Добрая старая Мирарек не убивала детей. Даже меня пощадила. Но её доброта была очень необычной! Вы назвали дочь «девочкой» на языке горцев. Странное имя, редкое.