Магия большого города. Журналистка стр. 33
и пискнуть не успела.
Мы оказались в небольшой уютной кофейне, всего на пять столиков. Даже удивительно, как такое крохотное заведение умудрилось выжить в районе небоскребов! Хотя стоило мне принюхаться и бросить взгляд на застекленную длинную витрину, стало все понятно. Выпечка здесь была не просто высококлассной — элитной. В большинстве своем все пирожные были рассчитаны на один укус, а кусочки тортиков — на два ковыряния вилкой, но от одного вида их неудержимо текли слюнки.
Быстро сделав заказ, мистер Хэмнетт буквально воткнул меня в одно из кресел у окна и сам уселся напротив, продолжая буравить мрачным взглядом. Я отвлеклась на разглядывание интерьера
заведения, куда так неожиданно угодила, но журналист явно не забыл заданный вопрос. Вцепился, как в сенсацию, профессионально.
— Ну, я же говорила, мне нравится фотография, — промямлила я, разглаживая и без того идеально лежащую на коленях юбку. — Вот, захотелось узнать о камерах поподробнее.
— А пропавшая из мусорки фотокарточка к твоему внезапному интересу отношения не имеет? — огорошил меня неожиданным предположением мистер Хэмнетт.
Тут очень некстати для него принесли кофе и заказанный десерт, что позволило мне немного собраться с мыслями. К моменту, как официантка в старомодном кружевном переднике поверх длинного чёрного платья отошла от нашего столика, мои руки перестали дрожать.
Почти.
— Не понимаю, о чем вы, — уперлась я, не собираясь признаваться. Эдак придется и все остальное рассказывать! А я не планирую вываливать правду о себе каждому встречному. Саманта не в счет.
— Я и сам пытался выяснить, кто автор снимка, — неожиданно сообщил журналист и закинул в рот посыпанный шоколадной крошкой брауни.
Я сглотнула.
— И как? — промямлила, не в силах сдержать любопытство.
— А никак! — буркнул мистер Хэмнетт и небрежно отхлебнул кофе, так что чуть не пролил его себе на рукав. — Конфиденциальность клиентов и все такое. Но!
— Но?.. — эхом повторила я, заинтригованная по самое некуда.
Невероятно! Значит, не подвела журналиста интуиция. Пусть он лишён моего дара, но и без того умудрился почувствовать, что с безобидным снимком спящей девушки что-то неладно. Вот он, талант!
— На снимке не было цифр! — торжествующе сообщил мне начальник и внимательно уставился мне в лицо, ожидая реакцию.
Я растерянно заморгала, пытаясь понять, что это означает.
— То есть либо нумерацию можно стереть… — медленно и задумчиво произнесла я, помешивая ложечкой остывающий напиток, который я даже попробовать еще не успела, целиком занятая разговором. — Либо… что?
— Либо неизвестный собрал аппарат сам! — торжествующе заявил мистер Хэмнетт.
Я на свою беду как раз поднесла кофе ко рту, чтобы отпить, и чуть не подавилась.
— Это как? — изумилась я. — Неужели он настолько прост? Я не инженер, но мне казалось такую вещь смастерить на коленке нереально.
— А вот тут начинается самое интересное, — хитро усмехнулся журналист и, выдерживая театральную паузу, закусил очередной пироженкой. На этот раз выбрал нечто белое с настоящей малиной в центре. Неудачно, похоже, выбрал, потому что скривился от приторности. — Я провёл небольшое расследование и выяснил, что у изобретателя камеры был конфликт с владельцем патента.
— Погодите, я запуталась! — поставив чашку на место, я замахала обеими руками, призывая притормозить с новостями. — Изобретатель и владелец патента — не одно лицо? Почему?
— Ну, на реализацию идеи нужны деньги, — пожал плечами мистер Хэмнетт. — Очень часто получается