Библиотека

Магия слова стр. 44

Размер шрифта
-
+
Тема

слыли самыми трудолюбивыми, к ним всегда было меньше всего претензий по поводу работы: планы выполнялись, по-моему, только у них. Английские бригады работали более-менее, но славились хулиганством, происходили случаи несанкционированных возлияний, да и дрались они частенько.

— В общем, типичные английские болельщики.

— Те, кто изучал итальянский, французский, испанский, считались самыми ленивыми и раздолбаями. А ещё «французы» занимались самодеятельностью. Во главе с Сергеем Бунтманом, ныне работающем на радио «Эхо Москвы». Из года в год он возглавлял то, что называлось агитбригадами, основной контингент которых был именно из «французов». И эта связь между языком изучения и ментальными повадками продолжалась из года в год. Менялись поколения, одни выпускались, приходили новые абитуриенты, но вот эта матрица — она как будто висела над всеми. Отдельные её элементы приходили и уходили, а матрица оставалась всегда.

Поэтому у меня и сложилось убеждение: даже изучаемый язык откладывает опечаток на характер и сознание человека.

Народ вырабатывает язык, то есть форму своего речевого общения, веками. Когда эта форма воспринимается носителями других языков, она несёт в себе не только структуру предложений, но и то, что стоит за ними, — менталитет народа. Предположим, что мы никогда не знали о существовании других этносов и языков, но, услышав английскую, немецкую, итальянскую речь, уже можем сделать какие-то выводы

о ее носителях. Вот как бы ты оценил племя, говорящее по-французски?

— Лёгкий музыкальный любвеобильный народец.

— То есть некие образы на тебя воздействие бы оказали. Это то, что сводится к волне, полевая структура языка. Кроме того, есть математическая часть, которая тоже отражает характеристики народа и его менталитета. Скажем, английский и немецкий языки — одного и того же германского корня. Тем не менее, немецкий донёс до нашего времени сложную, витиеватую структуру…

— …громоздкую, я бы сказал.

— В сравнении с английским. Английский — это пионер в сфере упрощения языка. Все языки идут к упрощению, оптимизации, но английский — бежит. И мы не можем не увидеть здесь вполне рациональное, безо всякой метафизики, соответствие истории развития Англии и англичан как народа, с одной стороны, и развития языка — с другой. Когда на достаточно ранней стадии развития язык начал выполнять очень рациональные задачи (язык торговли, администрирования огромного количества территории, где живут иные народы, технологий), то, естественно, это сказалось на его структуре.

— А на тебе самом чужой менталитет сказывается? Скажем, приезжаешь в Италию — в Рим или южнее — и сразу становишься расслабленным необязательным раздолбаем, а пересекаешь границу Германии — превращаешься в суперпунктуального?

— Да, так и есть. В Италии я включаю руки и ловлю себя на жестикуляции. В Германии появляется подтянутость, собранность. Хотя до педантизма не доходит. А к вопросу о романском раздолбайстве — да, было ощущение резкого перехода из одного менталитета в другой при попадании из фламандской части Бельгии во французскую. Это нечто неуловимое: сосредоточено то ли в воздухе, то ли в тебе. Может быть, в романоговорящих странах больше работает квантовый принцип языка, типа: «а хрен его знает». А в германских происходит перераспределение форм энергии: там люди не то чтобы меньше пьют, болтают и больше работают, просто у них всему своё место.

— То есть всё структурировано…

— Думаю, что северные европейские народы просто вымерли бы, если бы столкнулись с

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.