Магнолии, девушка, солнце… стр. 130
к пожарной машине, плюхнулся на пол и принялся сосредоточенно отрывать от нее колеса.
Урманов осторожно присел на корточки.
– Егор, а Егор? – нерешительно позвал он.
Егор подозрительно на него покосился и отъехал на попе назад, не выпуская из рук машины.
– Ладно, я пойду, – тихо сказал Урманов, распрямляясь. – Да, вот еще что… Ты, Маруся, уж не ругай своих друзей. Я думаю, у них были самые благие намерения…
– А куда этими намерениями дорога вымощена – ты знаешь? – фыркнула Маруся.
Урманов ничего не ответил и вышел из комнаты. В коридоре стояли Кристина с Виталием.
– Ну как? – дрожащим голосом пролепетала Кристина.
– Все в порядке, – пробормотал Урманов, досадуя на то, что стольким людям пришлось стать свидетелем его постыдного обморока. – Ну, до встречи! – Он пожал Виталию руку (тот растерянно и как-то чересчур энергично затряс его руку в ответ) и ушел.
На душе было тягостно и тяжело.
Урманов сел в машину, доехал до своего дома. Во дворе играли дети – теперь он с каким-то интересом принялся разглядывать их, но ничего кроме брезгливости не ощутил. Дети показались ему некрасивыми, неприятными, неискренними в своем веселье. «Егор лучше!» – неожиданно осознал он.
Весь следующий вечер он думал только о том, что произошло, – перед глазами стояли Маруся с мальчиком.
«В городе, в такую жару… У нее что, дачи нет? Наверное, нет. И какая жалкая, убогая коммуналка… Ту тетку с пучком принять за Марусину мать! И как все бедно, скудно, убого… Ребенок в каких-то застиранных, линялых ползунках! Теперь понятно, почему Марусины друзья решили найти меня, – схватился Урманов за голову. – Но она-то, она! Что мешало ей рассказать мне о ребенке, зачем скрывать его от меня?!»
Зазвонил телефон.
– Алло! – сорвал он трубку, думая только о Марусе. – А, это ты…
– Боже, с таким разочарованием… – засмеялась Регина. – Лёнчик, поехали завтра в Серебряный Бор, а?
– Поехали… А, черт, не могу, – спохватился он. – Завтра отправлюсь на дачу – там придется кое-какой ремонт сделать. Лет пять там не был… Наверное, все бурьяном заросло.
– Что за срочность? – удивилась Регина.
– Да так… – он помолчал. – Слушай, тут такие дела… У меня сын есть, оказывается. Ему уже чуть больше года. Надо как-то помогать.
– Лёнчик! – сдавленно ахнула Регина. – И ты что, не знал?
– Представь себе, – мрачно признался он. – Сегодня добрые люди меня просветили.
– Вот они, случайные связи! – с яростью захохотала его подруга. – И когда ты только успел… А ты уверен, что это твой ребенок? Может, тебя просто пытаются надуть с корыстными целями?
– Нет. Она от меня ничего не хочет.
– Господи, какой же ты дурак, Лёнчик! – закричала Регина уже совершенно вне себя. – Ведь это самый лучший способ развести человека на бабки – сказать, что ничего не нужно… Психологический прием! Требуй экспертизу! Ты видел ребенка? На кого он похож?
– Ни на кого. Ребенок как ребенок, – с тоской произнес Урманов.
– Скотина! Ох, как же я тебя ненавижу… – Регина то ли плакала, то ли смеялась. – Ладно, поедем на эту твою дачу вместе, прикинем, во что ремонт обойдется… Ты ведь дачу для нее хочешь подготовить, я так понимаю?
– Наверно. Они, понимаешь, все лето в городе…
– Ладно, поедем вместе! – она потихоньку начала успокаиваться.
Урманов задумался.
– Нет, – наконец мрачно произнес он. –