Библиотека

Магнолии, девушка, солнце… стр. 94

Размер шрифта
-
+
Тема

– это как тень, она вечно преследует нас!

– Виталик, какая-то мортальная у тебя философия… – сморщилась Маруся. – Ты не на кладбище, случайно, работаешь?

– Нет, ты же знаешь, – вздохнул тот. – А вообще, я знаешь, кто по профессии? Я столяр. Столяр-краснодеревщик. Училище специальное закончил…

– Замечательная профессия! Почему же ты в сторожа пошел? – удивилась Маруся. В самом деле, она ничего не знала о прошлом Виталика, поскольку жила рядом с соседями только последние лет двенадцать. Когда она училась в институте, мать решила разъехаться, и их двухкомнатную поменяли на однокомнатную квартиру и комнату в коммуналке – именно в ней существовала теперь Маруся.

– А-а… Какой смысл корячиться? – Виталик уныло отмахнулся. – Так проще. Ты не думай, что я против твоего ребенка, нет! Я действительно с чисто философской точки зрения рассуждаю… Вот, например, мои руки, – он поднял их перед собой и повертел ими перед глазами, точно в первый раз видел. – Когда я думаю о том, что они сгниют до костей, а потом и кости истлеют, на меня такая тоска нападает! А ведь это будет, будет, обязательно будет – я буду лежать на прозекторском столе, располосованный от паха до подбородка, потом меня втиснут в гроб, потом закопают в землю – и там, скрытое от посторонних глаз, будет происходить мое тление. Будет! Со всеми нами это будет, и никто, никто не в силах отменить этой чудовищной правды! А ведь мы живем так, как будто смерти нет, как будто…

– Виталик! Перестань! – не выдержав, сердито завизжала Маруся и кинула в него яблоком. Но не попала – с глухим бульканьем то ухнуло в кастрюлю с гороховым супом – только медленные круги поплыли по поверхности. – Ой, прости…

Виталик глубоко задумался, держа в руке поварешку, видимо, на тему – доставать яблоко или нет? Потом, пожав плечами, принялся меланхолично помешивать суп.

– Для навару… – пробормотал он. – Да, а ты знаешь, какая со мной сегодня произошла история? Я ведь Алевтининого жениха нашел!

– Какого жениха?

– Да того самого – ее Модеста разлюбезного! – хмыкнул Виталик.

– Того самого? – недоверчиво спросила Маруся.

– Ага! Имечко-то у него такое, редкое… Словом, дело было так. Я после ночной шел через сквер – ну, тот, что за мостом. Обычно я другой дорогой хожу, а тут решил прогуляться, воздухом немного подышать. Час довольно ранний, другие люди только-только к метро спешат. А там, по скверу, дедок ходит. То есть не ходит, а гуляет, вместе с собачкой… – почесывая лысеющий затылок, принялся обстоятельно рассказывать Виталик. – А собачка такого вида жалостного, что прямо плакать хочется! Типа – болонка… Да

вот такого она вида, точь-в-точь! – Он достал завалившуюся между столом и плинтусом синтетическую мочалку, длинную и лохматую, в подозрительных пятнах – когда-то, очень давно, она была белой, и сунул ее под нос Марусе.

– Ты не про собаку, ты про жениха! – нетерпеливо взмолилась она.

– Нет, я люблю с прологом и эпилогом – лучше не перебивай, а то собьюсь… – Виталик зачерпнул поварешкой суп, вдумчиво отхлебнул. – Соли вроде не хватает? Или чего-то такого, пикантного… – Он открыл холодильник, когда-то тоже бывший белым, а теперь сравнявшийся цветом с мочалкой, и достал из него миску с квашеной капустой. Понюхал, задумался, потом бросил верхний слой в мусорное ведро,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.