Библиотека

Майор Вихрь стр. 5

Размер шрифта
-
+
Тема

Силезию, четвертая на север, на Варшаву.

«Точно. Это дорога на Силезию. В километре отсюда — территория третьего рейха... Надо назад. Километров семьдесят, не меньше».

Вихрь достал из кармана плитку шоколада и лениво сжевал ее. Выпил из фляги немного студеной воды и стал отползать еще дальше в лес, то и дело замирая и вслушиваясь в утреннюю ломкую, влажную тишину.

Вихрь верно определил, что перед ним граница. Он также совершенно точно предположил наличие усиленной патрульной службы. Но Вихрь, естественно, не мог знать, что вчерашний полет их самолета был засечен пеленгаторными установками. Более того, было точно запеленговано даже то место, где самолет

лег на обратный курс. Поэтому шеф краковского гестапо дал указание начальнику отдела III-A прочесать леса в районе тех квадратов, где предположительно был сброшен груз или парашютисты красных.

Вихрь шел по лесной дороге. Она то поднималась на взгорья, то уходила вниз, в темные и холодные лощины. В лесу было гулко и тихо. Дорога была давно не езженная, но тем не менее отменно хорошая, тугая, не разбитая дождями. Вихрь прикинул, что если он пойдет таким шагом через лес, то завтра к вечеру будет совсем неподалеку от Рыбны и Злобнува. Он решил не заходить в села, хотя по-польски говорил довольно сносно.

«Не стоит, — решил он. — Здешнюю обстановку я толком не знаю. Лучше проплутать лишние десять километров. Так или иначе компас выручит».

Выходя на поляны, он замирал и подолгу слушал звуки леса. И только потом обходил поляну. Один раз он долго стоял на опушке молодого березняка и слушал, как глухо гудели пчелы. Он даже ощутил во рту липовый вкус первого, жидкого, желтого меда.

К вечеру он почувствовал тяжелую усталость. Он устал не оттого, что прошел более сорока километров. Он устал оттого, что был один на один со своим врагом — настороженным, молчаливым: каждый ствол — враг, каждая поляна — облава, каждая река — колючая проволока.

«Эх, лесок, лесок, счастливец, — устало думал Вихрь об этом тихом лесе, — растет себе и плевал семь раз на войну. Даже макушек, срезанных снарядами, нет. И выгорелых секторов тоже. Горелый лес жалко. Попал как кур во щи в людскую перепалку и страдает ни за что ни про что. А этот благополучный, тихий, пчелиный лес... Счастливчик лесок, счастливчик».

Когда стемнело, Вихрь сошел с лесной дороги и двинулся по мокрому мягкому мху куда-то вниз, туда, где шумела река. Он решил там переночевать. Чем ниже он спускался, тем труднее было идти: начиналось болото. Вихрь решил было посветить вокруг фонариком, но потом подумал, что делать этого нельзя: свет в лесу издалека виден, всякое может случиться.

Он начал подниматься обратно — вверх к дороге, упал и рассердился, потому что завтра он рассчитывал войти в Рыбну, а входить в село с измазанными в грязи брюками глупо: сразу видно, что из леса. Достал из немецкого, свиной кожи портфеля фонарик и быстро осветил место, где упал. Мох стал неестественно зеленым, каким-то изумрудным, даже светившимся изнутри, как фосфор в кабине пилота.

Потом Вихрь вышел на дорогу, долго чистил березовой листвой свои щегольские тупорылые полуботинки, изношенные им настолько, чтобы не казаться новыми: гестапо точно осматривает вещи при

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.