Македонский Лев стр. 1712
натворил?" - вопрошал Александр. - "Милостивый Зевс!" Развернув копье на себя, он попытался наскочить на острие, но Гефестион вырвал у него оружие. Два стражника пришли на помощь, и плачущего Царя вывели из шатра.
На следующий день, посыпав волосы пеплом, Александр возглавил похоронную процессию, идя за телом Клейтуса. Вместо того, чтобы последовать македонскому обычаю и сжечь тело, а кости поместить в церемониальную золотую урну, он велел египетским бальзамировщикам подготовить тело, дабы поместить его в хрустальный гроб и выставить в специально выстроенной усыпальнице из мрамора.
Горе Царя видели все, и солдаты, обожавшие Александра, быстро простили его. Но его офицеры, видевшие, как он убил их верного собрата, молчали, и Гефестион понимал их мысли. Кто будет следующим?
Бальзамирование Клейтуса было воспоминанием, которое Гефестион не забудет никогда.
Тощий египтянин подошел к телу, держа в руках коробочку из кедрового дерева, из которой он достал длинную, тонкую спицу, опустился на колено и воткнул острие в нос трупа.
"Что он делает?" - спросил Гефестион у Царя.
Ответ Александра был отстраненным, его голос - холоден и далек. "Он должен выпустить содержимое черепа, дабы предотвратить разложение. Чтобы лицо оставалось нетронутым, он введет спицу в ноздрю, зацепит мозг и вытащит его."
"Я не желаю знать об этом ничего больше," - процедил Гефестион, отворачиваясь и выходя из комнаты.
Позже он заставил Александра пообещать, что если он, Гефестион, погибнет в бою, то пусть его похоронят по македонским обычаям.
Чайки наконец разлетелись от разбитого тела на скалах внизу, и Гефестион отступил от парапета и направился из замка на вершине горы вниз по длинной винтовой дороге к малому заливу. Капитан триремы - невысокий, коренастый родосец по имени Каллис - встретил его на берегу.
- Долго она будет собираться? - спросил тот. - Ветер меняется, и нам надо выйти под парусом уже через час.
- Она не отправится с нами, капитан. К сожалению, Госпожа Аида умерла.
- Какое бессмысленное плавание, - сказал Каллис, выругавшись. - Ну да ладно, команда хоть успокоится. Ни один моряк не любит, чтобы баба была на борту. А еще говорят, она была ведьмой, которая провидела будущее.
- Не думаю, что это было правдой, - проговорил Гефестион.
На закате трирема уже шла на восток по проторенному торговому пути на Кипр, мощный ветер надувал большой парус, весла были убраны, и гребцы отдыхали на скамьях на всех трех палубах. Гефестион сидел на обшитом бархатом стуле на корме, его глаза осматривали землю, медленно проплывающую мимо них.
Сначала Кария, потом Ликия, когда-то самостоятельные земли, а сейчас - небольшие форпосты Империи Александра.
Ему вдруг вспомнились вынужденные бесплодные походы с Парменионом четыре года назад, когда македонские передовые соединения старались избегать больших стычек с войсками персов. Как же прав оказался Спартанец. Если бы он дал персам бой и победил, Дарий несомненно собрал бы еще большее войско, и Александр по прибытии в Азию обнаружил бы, что ему противостоит несокрушимый враг. Земли Персидской Империи были намного обширнее, чем Гефестион мог вообразить, а народу в ней было больше, чем песчинок на пляже, который сейчас был к северу от него.
Даже теперь, после шести лет войны и завоевания Александром Персидского престола, впереди ждало немало