Библиотека

Мальчик девочку искал стр. 37

Размер шрифта
-
+
Тема

из длинного тыквенного стебля. Шланг раздваивался, и к двум концам были приделаны пустотелые половинки сушеной тыквы-шуршалки. Их соединяло упругое медное полукружье – по размеру головы.

– Садись, Август Головка… – И баронесса надела тыквенные половинки ему на уши. Авка услышал шелест и шуршание.

Он сидел и смотрел, как баронесса идет к тыквофону, как поправляет ложку с иглой, как берется за маховик… Но видел это как бы через портрет Звенки. Девчонкино лицо снова было перед ним – полупрозрачное, печальное и… ну, такое… Звенкино…

– Нет! – Авка быстро снял шуршащие полутыковки. – Не надо… Простите, ваше сиятельство, но не надо… Пусть…

– Вот как? – Баронесса подняла левую бровь.

– Да… – вздохнул Авка. И повторил: – Пусть… – И (странное дело!) слегка повеселел.

Две головы

В прихожей баронессы томился и топтался, не решаясь присесть на лавку, императорский паж Данька Белоцвет.

– О! – удивился Авка, когда вышел.

– О… – удивился и Данька, увидев знакомого. Впрочем, не очень.

– Привет! – сказал Авка.

– Привет… – грустно отозвался императорский паж. И кажется, удивился снова: Авкин бодрый тон не вязался с недавними воплями за дверью. В глазах Даньки Белоцвета появился страдальческий вопрос: "Ну, как там?" Авка, разумеется, только хмыкнул и пожал плечами. Скоро, мол, узнаешь.

Данька был не в пажеском костюме, а в обычной

мальчишеской одежке, вроде как у Авки. Но все же в шапочке с перьями и в сапожках с кружевами на отворотах. Как ни как, придворный. Только было Даньке сейчас от этого звания не легче.

Авка спросил:

– Тебя за что?

– За штаны… Помнишь, как я торопился после игры в чопки? Оказывается, надел штаны задом наперед. Прибежал на дежурство, встал в шеренгу и тут чуть не помер с перепугу. У всех левая нога желтая, правая красная, а у меня наоборот. Его величество прошел мимо, ничего не заметил, ему это все пофигу. А у старшего церемониймейстера аж рожу перекосило. Кулак мне показал из-за спины. А потом вызвал к себе и говорит: "Или пиши рапорт об увольнении со службы, или завтра отправляйся с визитом к ее сиятельству фон Рутенгартен"… А мне как увольняться-то? Без моего жалованья семейство с голоду зачахнет…

"Бедняга…" – И чтобы Данька не мучился лишним ожиданием, Авка сказал:

– Иди уж. Там свободно.

Тут проснулась рыжая тварь Мурлыкара и запоздало начала орать:

– Пр-роходите! Не задерр-рживайтесь! Па-апр-рошу поскор-рее!

Данька с чувством глянул на нее. Поежился и шагнул к двери.

– Постой! – Авка обогнал Даньку и нажал на дверь плечом. Потому что вспомнил! Один болезненный вопрос сидел в нем занозой позади других страхов и печалей. – Подожди, я только спрошу…

Дверь тяжело закрылась за спиной, и баронесса обратила на Августа Головку удивленный взгляд.

– Ваше сиятельство, простите… можно, я задам еще один вопрос?

Баронесса благосклонно кивнула.

– Ваше сиятельство, а кот… ну, тот, к которому привязали погремушку… Вы не знаете, что с ним стало? Он не помер со страху?

– Конечно нет! После воспитательной беседы я велела этим двум сорванцам отыскать бедное животное и доставить ко мне. Дала ему успокоительных капель и оставила жить у себя… К сожалению, моего любимого Феликса уже нет в живых, дело-то было больше двадцати лет назад. Но отведенные ему судьбой годы он прожил здесь весьма

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.