Мальчик девочку искал стр. 96
заросли дубняка. Обшарили трубою весь дальний берег. Много интересного было там – и чудные дома с треугольными башнями, и зеркальные купола, и разноцветные паруса у пристаней, и толпы на длинных набережных. Но Авка торопился (Тит дал трубу лишь на полчасика). И мельком глянув на чужую жизнь, Авка стал искать г л а в н о е.
– Не туда смотришь, – сказал догадливый Гуська. – Маяк, он во-он где! На правом мысу. Простым глазом видно.
И Авка увидел маяк. На высоком каменном выступе. Бело-черная круглая башня со стеклянной надстройкой. В трубу все показалось очень близким. Было видно, как полощется выстиранное белье на веревке,
протянутой от башни к приземистому домику. На крыльце сидел кудлатый пес. Ходили куры…
А людей не было. И все же Авка всем сердцем ощутил: это т о с а м о е м е с т о!
Так он и сказал Гуське.
Гуська опять остудил его:
– Может, тебе просто кажется.
– Нет! Я чувствую! – И все же Авка засомневался.
Гуська (ох, что бы Авка без него делал?) деловито предложил:
– Давай узнаем точно: Звенкин это маяк или нет?
– Как?!
– Птичка-то у тебя зачем?..
Гуська забрал у Авки желтую искрящуюся ласточку. Выдернул из подола Авкиной рубахи нитку. Обвязал ею скользкую стеклянную птичку.
– На, держи… Да не качай, пусть висит спокойно.
Ласточка повисла на нитке, зажатой в Авкиных пальцах.
– Ну и что? – грустно сказал Авка.
– Подожди… Смотри, куда повернулся клюв!
Стеклянная головка смотрела на дальний маяк.
– Гуська, это, может, случайность…
– Сам ты случайность! – И Гуська крутнул птичку. Она повертелась и опять замерла клювом к маяку.
– Ура… – тихонько выдохнул Авка. И толкнул желтую ласточку сам. И снова она, покачавшись, указала головкой т у д а.
И так было много раз. И Авка радовался все больше, даже приплясывал. И уже не смотрел на Гуську. А тот стоял рядом и держал на ладони зеленого зайчонка. Авка наконец заметил это и почему-то смутился. А Гуська сказал тихонько:
– Он стал очень теплый…
Торжественная встреча назначена была на завтра. На вечер. Чтобы можно было с двух сторон запустить роскошный фейерверк. А сейчас плотники с разных берегов сколачивали посреди пролива две обширные платформы со столбами, перилами и бархатным навесом. Одну – для глав государств, другую для почетных гостей и оркестров. Никалукские мастера все были в желто-черных клетчатых жилетах. В трубу можно было увидеть, как они угощают мешковатых тыквогонских работников чем-то из блестящих бутылок.
Но в конце концов глазеть на пролив и дальний берег надоело. Вся компания побежала за ближний мыс, чтобы искупаться без помех. Потом решили поиграть в галки-обгонялки, трое на трое.
Гуська быстро глянул на Авку и начал расчет:
Мальчик девочку искал
Среди сосен среди скал,
Средь людей и средь зверей,
Средь зажженных фонарей.
Звал ее на берегу,
А девчонка – ни гугу!
"Все равно тебя найду!
И с собою уведу!"
Удивительное дело, никто не заспорил, что считалка – девчоночья. Авка же понял: Гуська совершил еще одно маленькое колдовство, в дополнение к колдовству с ласточкой.
Вечер пришел светло-синий, с пухлой луной, которая отражалась в спокойном проливе. По всему берегу горели костры. И за проливом по всей береговой кромке тоже