Библиотека

Малыш, который живет под крышей (СИ) стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

внешнего вида Яночке привиделись недочеты в обслуживании. Она долго пила кофе и фыркала. Принесшей счет девушке высказала все, что думала об уровне сервиса, самом заведении и официантке лично. Та снесла все молча, что еще больше завело Яночку. А Макс какого-то лешего и, собственно, явно в пику Яночке, оставил чаевые раза в три больше общепринятого.

Из ресторана они вышли, уже ругаясь. Правда, потом Яночка поутихла — в машине. Ластилась, заигрывала, удостоила чести визита ширинку на его джинсах, шепотом, на ухо, обещала оральные радости — по возвращении, разумеется. Но, посопев пару минут, удовольствие все же пришлось прервать — не время и не место: около трех часов дня на парковке ресторана. Однако настроение у Макса несколько приподнялась. Оба настроения приподнялись. Поэтому, когда Яночка робко попросилась за руль, наглаживая Максу затылок — он великодушно согласился. Машину она водит неплохо. Для женщины неплохо. А он за сегодня реально затрахался. Они поменялись местами. И это было очень сильно зря.

Потому что то, что сам Макс посчитал щедрым жестом со своей стороны — он предпочитал никого не пускать за руль своей машины — Яночка восприняла как акт капитуляции. И принялась прессовать его всерьез. Они вместе уже больше года. Из них последние пять месяцев живут вместе — в

квартире Макса. И в голове Яночки явно уже не один месяц звучали свадебные колокола. Да вот беда — их слышала только Яночка. Ну, еще ее маменька и подружки. А Макс — нет. Он упорно игнорировал все намеки. «Ах, смотри какой красивый свадебный лимузин!». «Масюша, давай заведем собаку…». «А ты не хочешь переехать за город? Там чистый воздух». Дудки. Свадебные лимузины — пошлость. От собаки — шерсть, и ему некогда с ней гулять. И он хочет жить в пентхаусе с видом на Финский залив. И когда-нибудь он именно так и будет жить.

Слово за слово они разругались в дым. Так, что перекрикивали Вилле Вало из динамиков. А в итоге Макс проорал, что не может находиться в одной машине с такой тупой курицей, «Вольво» с визгом затормозила, и он от души хлопнул дверью, предварительно бросив на прощание в салон: «Дура набитая! Достоинство одно — сосешь хорошо!». И его тут же обдало грязью из-под колес. И это было только начало.

Теперь он был в серых пятнышках грязи весь — и нежно-розовая рубашка, и светло-голубые джинсы. И синие кеды, в которых так удобно нажимать на педали, промокли насквозь. И лицо, наверное. Ни денег, ни телефона — все это осталось в машине. Ни самой машины, собственно. Только грязная обочина трассы «Е-95». Зашибись. Гребаная Яночка. Гребаный придурок он сам, что оказался выброшенным из собственной машины без денег и телефона.

Трасса пошла на поворот, и Макс вместе с ней. Глупо идти вперед. Не пойдет же он пешком до Питера? Но стоять холодно, а подбрасывать его никто не торопился. Можно было встать и проголосовать. Но Макс отчего-то брел вперед. Наверное, потому что думалось ему на ходу всегда хорошо. А сейчас подумать было о чем.

За поворотом ему гостеприимно сверкнула яркими огнями заправка. Господи, он никогда так не радовался автомобильным заправкам! Там тепло и можно согреться. Там туалет, куда

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.