Мамы-мафия стр. 140
в себя воздух.
– Там осталось немного краски, – сказал он и посмотрел глубоко мне в глаза.
Громкий крик «Мама, петух убегает!», сопровождаемый мощным, практически настоящим «Кукареку», вовремя воспрепятствовал, чтобы мои колени подогнулись и я медленно сползла по шкафу на пол.
– Иду! – крикнула я и покраснела, потому что я действительно чувствовала себя как перед оргазмом. Скульный секс – я и не знала, что такое вообще бывает!
Через распахнутую дверь зимнего сада было слышно, как смеются Труди и дети, а фрау Хемпель пищит: «Бесстыдство!».
– Здесь нельзя держать кур и вообще никаких петухов, – вскричал герр Хемпель. – Мы находимся под юридической защитой, мы имеем право высыпаться по утрам. Это жилой район, а не сельскохозяйственные угодья!
Неллин мобильник снова прокукарекал, и дети от души расхохотались.
– Пойдёмте, я представлю вас соседям, – сказала я Антону.
*Хотя Антон всего лишь стёр с моего лица немного краски, я вдруг поняла, что влюблена, абсолютно и бесповоротно влюблена. Я чувствовала себя такой юной, живой и окрылённой, как никогда в жизни. Потому что что-то во мне говорило, что несмотря на длинную цепочку неловкостей, которая нас связывала, Антон тоже чувствовал нечто подобное. Но мы оба ещё были не готовы делиться своими чувствами. Это ни к чему не приведёт. Для начала мне хватило бы периодически видеть Антона, разговаривать с ним о моём разводе, глубоко заглядывать ему в глаза и воодушевлённо спотыкаться о стойку для зонтов. Дальнейшее проявится само.
Мими была недовольна, когда Антон и Эмили через два часа попрощались («Вы же можете остаться на ужин, Констанца фантастически готовит! Нет, не надо пустых отговорок – в Диснейленд вы можете отправиться в любые выходные!») – но я весело помахала им вслед.
Торопиться не надо.
В последний раз, когда я была влюблена, я поставила печальный рекорд скорости: знакомство, секс, беременность – всё за одну неделю. Жизнь показала, к чему это приводит. Нет, в этот раз я буду как можно дольше наслаждаться порхающими бабочками в животе.
Анна вернулась со своих родов, когда Антон уже уехал. Её пациентка уложилась в два с половиной часа. В свой первый раз я себе это тоже так и представляла, но Нелли понадобилось двадцать пять часов. Мир несправедлив.
Анна обязательно хотела пойти ещё побегать, чтобы в отпуске влезть в мой чёрный купальник. Поэтому мы поручили Максу и Нелли присмотреть за Юлиусом и Яспером во время нашего отсутствия.
– И смотрите не выпустите петуха из курятника, – сказала я, потому что Хемпели по-прежнему толкались у своего наблюдательного окна и не могли понять, что поблизости нет ни одного петуха, а есть только дурацкий мобильник.
Мы пробежали обычный круг по посёлку, но поскольку с нами в первый раз бежала Труди, мы двигались медленнее, чем обычно. Точнее говоря, мы бежали так медленно, что с нами рядом вполне удобно шаркала бы ногами столетняя женщина, которую во время ходьбы поддерживают под локток.
– И это лучше, чем секс? – внезапно спросила Труди.
– Кто это сказал? – переспросила Мими.
– Ну, я считаю, что это лучше, чем секс, – ответила Анна.
Я не сказала ничего. Я думала об Антоне.
– Я