Библиотека

Мамы-мафия стр. 44

Размер шрифта
-
+
Тема

Ронни. А он получает действительно неплохо. Я работала в консалтинговой фирме, а там надо давать сто процентов, иначе вылетишь. Я не вылетела, потому что я была действительно хороша, очень хороша, при всей моей скромности. Я до сих пор имею спрос в Европе, настолько хороша я была, но при этом остальная часть моей жизни как-то застряла. Я имею ввиду, мне тридцать пять лет, и время постепенно уходит, если я хочу ещё чего-либо достичь в жизни, кроме карьеры. Я думала, что у меня всё под контролем. Но прошлым летом у меня был выкидыш, а потом потеря слуха, и врач сказал, что стресс меня доконает. Официально я в отпуске, но неофициально это мой последний шанс. Я хочу в конце концов иметь детей, знаешь ли. Дети придают смысл жизни, верно?

– Смотря какие дети, – сказала я , беспомощно гладя Мими по плечу. Утешит ли её, если я скажу, что я думала, что ей нет и тридцати?

– Но не получается, – вздохнула Мими. – Хотя у меня больше нет никакого стресса, ничего не получается. Я к этому не привыкла – обычно мои планы функционируют отлично. Но этот план не работает. Когда-нибудь я стану последней женщиной на земле, у которой нет детей. Я везде

вижу беременных женщин, женщин с колясками, в каждом ток-шоу сидит по пять женщин, у которых четверо детей от семи различных мужей, несмотря на предохранение. Любая курящая, пьющая, глотающая колёса женщина, сидящая на социальной помощи, может забеременеть, только я нет!

– Иногда на это просто нужно время, – сказала я. Я чувствовала себя виноватой, поскольку мои дети появились на свет совершенно незапланированно и вопреки предохранению, в случае Нелли несмотря на пилюли, в случае Юлиуса – несмотря на спираль. Лоренц не хотел второго ребёнка, но когда я забеременела, он сказал только, что это на меня похоже.

– Вот такая моя Конни, – любил говорить он, особенно за столом, когда у нас были гости. – Ты можешь послать её в любой город мира на любую площадь, и будь уверен, что она непременно вступит там в единственную собачью кучку в округе.

Мне всегда казалось довольно-таки обидным применять это сравнение к рождению Юлиуса, но что касалось собачьих кучек, Лоренц был прав: в Сиене, Риме, Лондоне, Дублине или Барселоне – везде я портила пару туфель в остатках жизнедеятельности какой-нибудь собачки. Лорнец говорил, что это мой способ вступить в контакт с местным населением.

Пока я гладила Мими по руке, мне пришло в голову по непонятной причине, что я должна срочно пойти к гинекологу. Зачем мне спираль, если мне больше незачем предохраняться? Я вообще очень редко посещала гинеколога. В последний раз я вызвала некоторое удивление, поскольку я позвонила им только через три квартала после рождения Юлиуса. Медсестра, очевидно, увидела по компьютеру, что мой последний визит был незадолго до родов, но она не посмотрела на год. Она строго сказала мне:

– Да, фрау Вишневски, наконец вы позвонили после родов! Поздравляю вас с рождением ребёнка. У нас отсутствуют данные о поле, росте и весе. Сколько весит ребёнок?

– Тринадцать с половиной килограммов, – гордо ответила я. – Правда, он очень

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.