Мамы-мафия стр. 74
для нас для всех. В городе такого с тобой никогда не случится. Я уже думала, а не заколдован ли дверной коврик бабушки Вильмы. – Потом я вспомнила семью Хемпелей и добавила: – Исключения подтверждают правило.
Труди кивнула.
– Дело в фэншуй. В твоей прежней квартире вы разместили ванную в углу дружеской помощи, поэтому было ясно, что её постоянно смывало в унитаз. Но здесь этот угол даже подчёркнут маленьким эркером в гостиной – ничего лучшего и быть не могло. – Зато, – трезво добавила она, – гостевой туалет находится прямо в твоей области знаний.
– Ах, это ничего, – заверила я. – С моим половинчатым образованием это не страшно. Главное, что мой уголок богатства не полностью застроен.
– И область партнёрства, – добавила Труди.
– Ах, об этом я пока не думаю, – ответила я. – Только иногда, вечерами в постели.
– Ты ещё не встретила здесь какого-нибудь симпатичного мужчину?
– Только одного, – сказала я, подумав про владельца ягуара. – И он, вероятнее всего, женат.
– Это ничего не значит, – заметила Труди.
*В детском саду была ещё одна чёрная доска, которую я до сих пор не замечала. Она висела рядом со входной дверью и была заклеена бумажками со всякими ужасающими объявлениями.
«В настоящее время в детском саду имеются случаи / случай» – компьютерным шрифтом значилось на всех объявлениях, а ручкой под этим было написано: «вшей», «скарлатины» и «сальмонеллёза». У меня сразу же зачесалась кожа головы.
«Мы просим родителей оставлять дома всех детей с симптомами, чтобы их спокойно можно было вылечить!» – гласило ещё одно объявление, напечатанное красным шрифтом. Да, я бы тоже об этом попросила!
Пока мы с Юлиусом стояли перед этой доской ужасов, в дверь вошла ещё одна мама с плачущим ребёнком. Проходя мимо меня, ребёнок вычихнул на моё пальто комок слизи.
– Горло болит, – жаловалось дитя, но мать молча тянула его дальше.
Наверное, скарлатина, подумала я. И, наверное, матери надо на работу, поэтому она не обращает на это внимания.
Фрауке Вернер-Крёлльман, держа за руку Флавию и Марлона, встала рядом с нами.
– Вши, – вздохнула она. – Их сюда всякий раз заносят одни и те же дети.
Я стала думать, а не забрать ли мне Юлиуса домой, пока остальные дети не вылечатся. Но Юлиус непременно хотел остаться.
– Ну хорошо, – вздохнула я. – Но со скарлатиной не шутят.
– Это верно, – сказала Фрауке. – Особенно у мальчиков. Они могут из-за этого стать бесплодными. Когда у Флавии была скарлатина, я отвезла её к бабушке с дедушкой, чтобы она не заразила Марлона. Но если ты при первых признаках болезни сразу пойдёшь к врачу и он тебе выпишет антибиотики, то у тебя всё будет под контролем.
– Тивная зёпа, – сказал Марлон Юлиусу.
– Что? – спросил Юлиус.
– Он сказал «противная жопа», – перевела Флавия.
– Флавия! – фыркнула Фрауке.
– Но я только повторила то, что сказал Марлон. И он сказал «противная жопа».
– Так, значит, забудем о телевизоре до конца недели, фройляйн, – заявила Фрауке. Мне она сказала: – Она действительно невероятно строптивая.