Библиотека

Манечка, или Не спешите похудеть стр. 129

Размер шрифта
-
+
Тема

дом на уши, вместо требуемых тишины и покоя — суета вокруг ребенка и бестолковые вопли. Таскают малышку с собой куда ни попадя, когда везде так и шлендрают инфекционные больные!

— Во-во, приближается филиппинская эпидемия гриппа, — добавила начитанная бабка.

Светка огрызнулась:

— В четырех стенах прикажете запереться? А на что вы — бабушки?

Я возмутилась:

— Кто работать будет, семью содержать?

— А я — старая, — пробормотала Роза Федоровна и молниеносно одряхлела лицом.

Чувствуя все же вину, я ушла в ванную и начала молиться про себя, как в трудное время молятся, наверное, все мамы и бабушки: «Господи, сделай, пожалуйста, так, чтобы ребенку стало легче… Господи, пусть лучше болезнь перейдет ко мне…»

И надо же, просто не верится! Ночью на внучкином тельце высыпали красные пятна, и ей полегчало. А через три дня градусник показал, что больна уже я! Еще три дня борьбы с жестокой температурой, и я стала похожа на человека неопределенной расы и пола, вышедшего из тайги в комариную пору. Это была краснуха, детская хворь. Причем я переболела ею в детстве. Или те, у кого иммунитет стрессом ослаблен, подхватывают вторично? Или просто — Бог есть…

Несмотря на жар, спала я как убитая, с краткими промежутками жизни. Сквозь туман запомнились лица: Светкино, зятя, сына… А может, снилось. Снилось, как Роза Федоровна протирает мне лицо и руки влажной губкой, отпаивает морсом, и мы с ней тащимся в туалет, отдыхая по пути на табуретках. Их для нас предусмотрительно расставил Лерка…

Когда я после болезни самостоятельно прошаркала в кухню, старуха разговаривала по телефону.

— Кризис миновал, Вова. Все в порядке.

Увидела меня и трусливо кинула трубку.

— С кем это вы, Роза Федоровна?

— Света звонила.

Голос у бабки как у первоклассницы, и глазки такие же — ясные, честные.

— A-а, ну-ну…

Язвить было лень. Если бывший муж еще помнит о бывшей жене, так это его проблемы. Волнуется он, ага, держите карман ширше. Скорее всего лелеял надежду на мою скоропостижную смерть, а я ее не оправдала.

Назавтра я совсем оклемалась и решила прогуляться во дворе. Остатки болезни во мне еще хороводили, но уже бодро думалось об одной переменчивой и относительной штуке. О счастье. Все мои любимые люди живы, есть где жить и что есть. Чего надо? Почему человек всегда чем-то недоволен? Мало в нас, человеках, благодарности. Хотим счастья много и сразу…

Зашла в магазин за хлебом. Мужчина, стоящий в кассе передо мной, заплатил за три бутылки дорогого грузинского вина. Кассирша отбила и крикнула продавщице:

— Маша, подай гражданину три «Мукузани»! — Глянула на него внимательнее

и поправилась: — …Господину.

С какой, интересно, бутылки повысилось социальное положение гражданина?

А я по привычке посмотрела на абрикосовый компот… И вдруг что-то такое меня захлестнуло, вся моя женская психология взяла и перевернулась во мне! Да что я себя заживо хороню?! Ну и что — бабушка, до сорока еще жить да жить! Мужа нет, дочь — отрезанный ломоть, сын взрослый…

Свободна! Я — свободна! Да здравствуют дорогие вина, парикмахерская, забытый секс, незнакомый петтинг и остальные немотивированные вещи из журналов для тех, кто свободен!

Я купила три банки абрикосового компота и за ужином под осуждающим взглядом Розы Федоровны съела одну за

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.