Маскарад на семь персон стр. 116
кто вообще? – тупо спросил он.
– Вообще я водитель, – вежливо сообщил «робот». – Матвей Афанасьевич распорядился помочь добраться…
– Ах Матвей Афанасьевич! – окончательно взъярился Игорь. – Узнаю Громова! Никогда ничего не упустит, обо всем-то он подумает… позаботится…
И он со всего маху саданул ботинком по колесу.
На секунду стало как будто легче. Подступившее к горлу бешенство прошептало, прошипело, прорычало: хор-рош-шо, мне нр-равитс-ся, вс-с-се пр-равильно…
«Робот» стоял подле с безразличным выражением лица – как и полагается роботу.
А Игорь внезапно как будто с ума сошел. Он все пинал и пинал то по бамперу, то по колесам, то по подвернувшемуся крылу, хотя понимал, что вымещать злость на безмозглой железке – глупо, тем более что железка – собственная. Просто не мог остановиться, хотя заранее знал, что на ремонт машины придется «скрести по сусекам» – съемные квартиры и деньги «на воспитание детей» съедали его зарплату почти целиком. Вроде и зарплата приличная, а поди ж ты, ни на что не хватает. Нет, надо все-таки Кристине ультиматум поставить и разменять квартиру. Да и «на детей» вполне можно и не давать, девчонки-то не с ней живут, а у его родителей, а старшая и вовсе куда-то съезжать собралась. Вот и нечего бывшей супруге, хватит, поживилась за его счет! Игорь уже забыл, как, собираясь на вечер, планировал сделать все от него зависящее для, так сказать, воссоединения семьи. Ну то есть не то чтобы забыл, но сейчас ему уже совсем не хотелось возвращать Кристину. С чего это ему вообще в голову взбрело? Какого черта ему вздумалось, что он хочет вернуть эту надменную куклу? Правда, чертовски красивую куклу, надо сказать… Но все равно – какого черта?! Зачем, если уж на то пошло, он вообще затеял этот идиотский вечер сентиментальных воспоминаний? Сентиментальность – не его амплуа. Он ведь всегда был очень практичным мальчиком, какая вожжа ему вдруг под хвост попала? Еще и на банкет этот разорился, павлин чертов, пыль в глаза хотел пустить! А там счетец набежал – мама не горюй!
Тут Игорь вспомнил, что ресторанный счет из расходов можно вычесть – добренький Громов оплатил… А, чтоб его!
И он с новым остервенением принялся лупить ни в чем не повинную машину.
* * *За окном «Майбаха» стремительно летели белые хлопья, за ними едва виднелись очень черные на фоне снежного неба голые перелески, кое-где перемежавшиеся зеленью придорожных сосен – тоже очень темной.
– Ну как, получил удовлетворение? – шепнула Ольга.
– Забавно, – протянул Матвей. – Оказывается, весь этот маскарад нужен был только для того, чтобы вдруг обнаружить, насколько мне все равно. В интернете есть поговорка: где я? кто все эти люди?
– Угу, Лизавета эту фразу регулярно повторяет.
– Вот я сидел там за столом, смотрел и примерно так и думал: «Где я? Кто все эти люди? За каким лешим они мне сдались?» Смешно. Хотя нет. Даже не смешно. Неинтересно… Ну, кроме тебя, конечно. Кстати… Ты где эти сапоги откопала? – в его голосе смешивались недоумение и восхищение. – Очень впечатляюще. Такое сказочное барахло – хоть в музее выставляй.
– Барахло! – фыркнула Ольга куда-то в его воротник. – Мужчины никогда ничего не замечают. Это ж те самые сапоги, которые я носила, когда… Ну когда ты меня у рынка перехватил. И пальто…
– Ну пальто я не видел.