Мастер клинков - Начало пути стр. 287
задумчивости жёстко заявил кузнец. — Никому не говори и не показывай, что ты понимаешь больше пары-тройки человеческих языков, а уж тем более никогда и ни за что не проговорись, что понимаешь языки других наций, иначе тобой могут заняться Паладины.
Паладины, как я уже понял, выполняли тут роль Инквизиции, и знакомиться с ними у меня не было никакого желания.
— Но, Дарин, а если ко мне будут обращаться например с чем-нибудь?
— Всё равно лучше молчи, — отрезал гном. — Ты и так уже наболтал герцогу, на всю жизнь твоей болтовни теперь хватит.
Я обиженно замолчал.
— И из-за девки прекращай себя изводить, не стоит оно того, — продолжил гном несколько минут спустя, — отпустил её, вот и отлично, больше мыслей в нужное русло уйдёт.
— А я-то думаю, чего это он сам не свой, — радостно присоединился Рон. — Вон, значит, что, из-за бабы слюни развесил! Ну, это мы быстро поправим, так забью голову занятиями, ни каких бабах думать не поспеет.
Гном усмехнулся.
— А чего сам тогда к вдове в деревню бегаешь? Может, тебе тоже работки подкинуть?
Рон поперхнулся.
— Мастер, ну вы чего, я же ему во благо…
— Рон, не забывай, хоть мы его и тренируем, и учим, и относимся к нему, как к взрослому, но он же просто подросток и девушки для него сейчас — самое больное место, — ободряюще улыбнулся мне гном.
Я удивлённо посмотрел на Дарина, внешне суровый гном уже второй раз удивлял меня своим добрым ко мне отношением.
— Спасибо, Дарин, за слова, но Рон прав, нужно заниматься, иначе меня превратят в фарш, — тепло улыбнулся я гному, благодаря его за поддержку.
— Хозяин там опять этот дворянин у решётки, — крикнул Шаст, подходя к площадке для занятий, — требует вас.
Вздохнув, я поплёлся к решётке. Как обычно в окружении слуг стоял граф Шарон, с очередной дощечкой.
— Барон, я в ярости, — начал он орать, не дожидаясь, когда поднимут решётку, — как можно допускать, что по вашей земле ездят неизвестные и раскидывают такую дрянь? У моего слуги пала лошадь!! Когда вы собираетесь возместить мне убытки? Или, по крайней мере, покажите мне того, кто раскидывает эту пакость?
В дополнение к словам граф брызгал на меня слюнями и потрясал рукой с предметом диверсии.
Я посмотрел на него и уже было раскрыл рот, чтобы выдать ему стандартную фразу о поиске виновных, как вдруг у меня в голове сложилась небольшая мозаика из мыслей. Натянув на лицо льстивую улыбку, я подошёл поближе к решётке.
— Граф, как я рад вас видеть, — начал я своё выступление, — какое счастье, что вы вновь приехали ко мне, так приятно поговорить с умным и образованным человеком.
Будь граф помоложе или поумней, он бы обязательно обратил внимание на коренное изменение моего стиля обращения к нему, и сбежал от меня подальше. Но, к счастью для меня и к несчастью для себя, граф был, мягко говоря, туп. Нет, конечно, свои мысли и мнения на все случаи жизни у него были, но были они слегка странноваты. Поэтому граф, как ворона из басни Крылова, стал с видимым удовольствием слушать хвалебные речи лисы, то есть меня.
Он слез с лошади, Шаст поднял решётку, и я повёл его к себе в кабинет, хотя