Matador поневоле стр. 86
где когда-то любил сидеть слепой Рафи и где к нему пришла в первый раз девушка по имени Мария.
Здесь ничего не изменилось. Река шумела точно так же. И ветер шелестел в кронах деревьев.
Рафи закрыл на секунду глаза. Ему показалось, что вот-вот раздадутся тихие шаги, и он услышит голос Марии.
Но вместо этого он услышал вопрос Мигеля.
— Ты готов?
Рафи со вздохом открыл глаза. Напротив него стоял его друг. В одной рубахе, с обнаженной шпагой в руке. Настоящей шпагой, а не той, которая предназначена для убийства быков. Эта была сделана, чтобы отнимать жизнь у людей. У самого Рафи была точно такая же. Он подумал, что все это смахивает на плохой сон.
— Я готов, — ответил он. — Но прошу тебя в последний раз… Не делай этого. Кто бы из нас не умер сейчас, оставшийся в живых будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.
— Может быть, — сказал Мигель, задумчиво разглядывая свой клинок. — Но у меня нет выхода. Я говорил тебе это уже тысячу раз. Если бы была хоть малейшая возможность избежать этого, я не упустил бы ее. Но такой возможности нет. Я много думал об этом. Ее нет, Рафи. Лично я прощаю тебе смерть моего младшего брата. Но мой род этого простить не может.
Рафи подбросил на руке шпагу. Она была тяжелее, чем та, с которой он привык иметь дело. Он подумал, что никогда не убивал людей. И что, возможно, это будет вовсе непросто. Хотя вряд ли будет проще, если Мигель убьет его.
Рафи уже понял, что все уговоры бесполезны. Один из них должен будет остаться на берегу этой реки навсегда. Почему так случилось? — снова и снова задавал он себе вопрос. И не находил ответа. Ирония судьбы… Рок. Вот все, что приходило ему в голову.
Он вспомнил слова старика. И подумал, что независимо от того, чем закончится этот бой, в другом мире другой Рафи обязательно найдет Веронику. От этой мысли стало немного легче.
— Вставай в позицию, — сказал ему Мигель.
— Я не хочу драться с тобой. Понимаешь ты зто? Не хочу! Ты, черт возьми, мой друг и первый учитель… Как я могу сражаться с тобой?
Рафи был готов бросить шпагу.
— Не валяй дурака, — сказал Мигель. — Если мы встретились здесь… Если все так сложилось, значит, это зачем-то нужно. Просто так такие вещи не случаются. Не тешь себя мыслью, что это какая-то ошибка. У судьбы не бывает ошибок. Кто знает, может быть, именно мне суждено умереть здесь. Если так, то я готов. Это будет значить, что мое время вышло. То же самое ты должен сказать и себе. И потом… Лучше уж умереть так, в бою, от руки друга, чем от грязного рога в твоем животе, на глазах у сотен зевак.
— Мне смерть от быка не грозит. Я больше не хочу быть матадором. Не хочу убивать быков.
— Вот как?
—Да.
— Жаль. Ты был хорошим тореро. Но мы отвлеклись. Вставай в позицию. И… Прощай, Рафи.
— Прощай, Мигель, — тихо сказал Рафи, поднимая шпагу.
Схватка была короткой. Куда короче, чем бой с быком. Рафи даже толком не понял, что произошло. Только что раздавался ожесточенный звон стали, и вдруг все стихло. А его шпага торчала из тела