Matador поневоле стр. 87
Мигеля, войдя в него по самую рукоять. Рука, привыкшая убивать одним ударом быка, даже не почувствовала сопротивления человеческой плоти.
Мигель был мертв еще до того, как его тело тяжело рухнуло на жухлую осеннюю траву.
Лишь когда совсем стемнело, Рафи заставил себя убрать руку с холодного лба Мигеля и подняться с колен.
Он, словно во сне, добрел до своего дома. Дядя спал пьяным сном прямо на крыльце. Рафи осторожно прошел на задний двор, нашел в покосившемся сарае кирку и лопату, взвалил инструменты на плечо и вернулся на место дуэли. Он не мог оставить тело друга гнить на берегу.
Когда взошла луна, могила была готова. Рафи положил в нее Мигеля. Постоял немного, глядя на бледное лицо мертвеца, бывшего совсем недавно его другом, а потом, ни слова не говоря, быстро засыпал могилу землей.
Рассвет застал его в пути.
ГЛАВА 16
Он возвращался. Возвращался туда, откуда начал свой путь, в надежде на то, что ему удастся отдать долги. Возвращался, признав свое поражение. Старик был прав, ничего исправить нельзя. Он попытался, но сделал только хуже. Наверное, он, и правда, создан для одиночества. В пустыню, вот куда ему нужно было бежать с самого начала. В пустыню…
Он лишь боялся, не слишком ли поздно. После того как он увидел, что стало с дядей. После того как он убил своего друга. Не слишком ли поздно после всего этого мечтать о спасении...
Рафи спешил. Он шел днем и ночью, стараясь не останавливаться лишний раз на отдых. Он питался тем, что удавалось выпросить в придорожных трактирах или у случайных попутчиков. Спал, где придется, хотя ночи уже были холодные.
Все время его неотступно преследовали мысли о Веронике. Больше всего на свете ему хотелось увидеть ее. Но он боялся, что эта встреча принесет новые страдания ей. Мигелю такая встреча принесла смерть. Рафи даже боялся подумать, что может произойти с Вероникой— Хотя это стоило ему огромных усилий, он решил отказаться от идеи увидеть девушку.
Как он скажет ей, что убил отца ее ребенка? Как он скажет ей, что должен уйти навсегда? Как он посмотрит ей в глаза после того, что с ней случилось из-за его черствости? Нет, этот долг он не сможет вернуть. Для блага самой же Вероники…
Это случилось на восьмой день пути. Рафи шагал весь день. Близился вечер. Похолодало. Пора было искать место для ночлега, Рафи хотел найти какой-нибудь стог сена или старый заброшенный сарай, где можно было бы укрыться от ветра и дождя. Он как раз миновал одну деревеньку и надеялся найти что-нибудь подходящее для ночевки поблизости.
Выйдя из-за поворота, он увидел впереди разбитый прямо посреди поля небольшой лагерь. Несколько шатров, повозки, составленные в круг, большой костер, вокруг которого сидели люди. Это было то, что нужно. Он уже не раз встречал в пути цыган или бродячие цирки. И всегда эти люди радушно принимали его.
Он поспешил к костру. Подойдя ближе, он понял, что это очередной цыганский табор, остановившийся на ночлег.
Через полчаса Рафи уже сидел у огня, держа в руке лепешку и почти пустую миску вареной чечевицы, и рассказывал цыганам, что за деревни и города лежат дальше, в той стороне, откуда он пришел. Язык от усталости, сытости