Меч генерала Бандулы стр. 103
приезда, — сказал старый бирманец.
Игорь развернул меч и передал его старику, а сам посмотрел на картину на стене. Даже издалека было видно, что у желтоволосого человека на картине был точно такой же меч. И точно такие же ножны висели у него на поясе.
— Он самый, — сказал старик. — Конечно, он самый. Расскажите мне, пожалуйста, что же вам удалось узнать?
Глущенко рассказал про письмо, про страничку из журнала и даже показал их старику, переведя важные места.
— А у меня тоже есть что вам показать, — сказал старик и достал из деревянной резной шкатулки фотографию со старинной гравюры. На ней был изображен усатый
бирманец с круглым лицом. На нем была очень старинная одежда, на голове шлем с шишаком, и на поясе висел меч.
— Это и есть генерал Бандула, — сказал старик. — Обратите внимание на меч. Не правда ли, тот же самый?
— Конечно, — согласился Игорь. — Но мне кажется, что такие мечи были у многих бирманских офицеров.
— Какая чепуха! — обиделся старик. — Я изучаю бирманскую историю уже пятьдесят лет и никогда больше не встречал такого меча. Обратите внимание, на нем изображена сцена охоты на оленя. По этому его можно отличить от любого другого.
— А больше таких нет? — спросил Игорь.
— Нет, это совершенно точно.
«Все ясно, Роджерс соврал, — подумал Игорь. — А Джонни меня не зря предупреждал. Тогда, значит, Иван Исаев никак не мог купить этот меч».
— А когда был этот бой, что нарисован на картине, генерал Бандула был еще жив?
— Конечно, был жив. Он командовал бирманской армией.
Так, значит, и подобрать его у убитого Исаев тоже не мог. Теперь можно проверить еще одну вещь.
— Извините, — сказал Игорь. Он понимал, что на него смотрят с удивлением. Но ничего. — Скажите, а кто был начальником разведки у генерала Бандулы?
— Вопрос несложный, — ответил, ничуть не удивившись, старик и, сняв с полки толстую бирманскую книгу, раскрыл ее посредине. — Вот, — сказал он, перелистав несколько страниц и найдя, что ему нужно: — Мьоза Шве У Даун.
— Бирманец?
— Конечно.
— А англичан у него в армии не было?
— Может, были пленные или переводчики. Но я не знаю их имен.
— Спасибо, извините.
Игорь обернулся к Глущенке, и ему показалось, что Евгений слишком внимательно на него смотрит.
— Я просто любознательный, — сказал Игорь.
— Я чувствую, — сказал Евгений. — Еще вопросы с твоей стороны будут?
— Нет.
— Тогда я спрошу, ладно? Нам хотелось бы быть уверенными, что этот меч — именно меч генерала Бандулы. Понимаете, я журналист, и такая деталь для меня очень ценна.
— Конечно, конечно. Но ведь о мече известно только, что он пропал. Ни в одном музее ни в Бирме, ни в Англии, ни в Индии его нет. Это уже доказательство в пользу того, что меч, лежащий перед нами, именно меч генерала Бандулы.
— А если так, — сказал Глущенко и пригладил редкие волосы, — то, вернее всего, Исаев получил этот меч от самого Бандулы.
— Я в этом не сомневаюсь. И об этом знали в армии, потому что художник, изображая Ивана, нарисовал меч очень тщательно. А каждый, кто в курсе дела, мог понять, что это именно тот самый меч.
— Да, я вспомнил, — сказал Евгений, — на клинке была какая-то надпись по-бирмански. Может, она нам поможет. Знаете,