Меч генерала Бандулы стр. 162
Игорь тоже засмеялся и сказал:
— Желаю.
— Тогда следуйте за мной.
Майор довольно бесцеремонно схватил меч в одну руку, ножны — в другую и побежал по крутой лестнице на галерею. Игорь еле за ним поспевал, а толстый директор и вовсе отстал. Львин добежал до большой картины, на которой был изображен человек на коне, с мечом в руках, и стал рядом с ней. Игорь уже знал — на этой картине нарисован генерал Бандула.
— Тот меч? — спросил он, обращаясь ко всем сразу.
— Тот, — ответили и Игорь, и директор, и отец.
— Спасибо, — вдруг очень серьезно сказал бирманский майор. — И за меч спасибо, и за вашего дедушку или прадедушку. Я уже все знаю. Большое спасибо. Амьязи чезутембаре.
Игорь знал, что последние слова значат «большое спасибо» по-бирмански, и поэтому ответил тоже по-бирмански: «Пожалуйста, не стоит благодарности».
Майор потрепал Игоря по голове и сказал:
— А теперь можно перейти к официальной части. Вы нас пригласите в свой кабинет? — Это относилось к директору.
— Разумеется, — сказал директор.
В кабинете директора майор сказал гостям:
— Мне хотелось бы, чтобы вы поняли, что сегодняшний праздник для меня праздник вдвойне. Мы давно думали, что меч Бандулы безвозвратно утерян. И я немного волнуюсь. — Майор улыбнулся так, что Игорю показалось, что у него не два ряда зубов во рту, а по крайней мере четыре.
Дверь открылась, вошли советский атташе, два бирманских репортера и солдат с подносом, на котором стояли бокалы и бутылки.
Все рассматривали меч, потом отец официально, как владелец меча, передал его бирманскому правительству, а майор сказал небольшую речь, в которой благодарил отца за дар и за деятельность Ивана Исаева; потом наш атташе, очень похожий на директора музея, тоже сказал несколько слов о том, как давно зародилась дружба бирманского и советского народов. Потом один из репортеров попросил рассказать, как меч был найден, и Игорю пришлось рассказать всю историю, с начала до конца. И про Исаева, и про письмо бабушке. Он все время только боялся, чтобы не сказать лишнего, не сказать чего-нибудь о казне, о путешествии Исаева и последнем бое с англичанами.
— Вы напишите об этом рассказ, — сказал Львин Евгению. — На то вы и журналист.
— Обязательно напишу, — ответил Глущенко.
Пили виски с содовой и другие напитки, а Игорю дали лимонада, хотя майор хотел налить и ему немного виски. Но Игорь сказал: «Я не пью», все посмеялись немного, но больше предлагать не стали. «Все равно, — подумал Игорь, — напишу ребятам в Москву, что пил виски с одним бирманским майором. Уж очень хорошая деталь. Как в романе».
Все занялись разговорами, и, заметив, что директор музея сидит с мечом в руках в сторонке, Игорь подошел к нему и тихо спросил:
— А можно задать вам один вопрос?
— Конечно, конечно, — сказал директор.
— Скажите, пожалуйста, известно ли вам что-нибудь о казне генерала Бандулы?
Вы бы посмотрели, как удивился директор музея! Он даже рот открыл от изумления.
— Удивительно! — сказал он наконец, и так громко, что все остальные в комнате обернулись. — Меньше всего на свете я ожидал услышать именно этот вопрос. И больше того, как раз об этом я думал в эту минуту. Молодой человек, может быть, вы умеете читать мысли?
— Какую уважаемую мысль он