Библиотека

МЕЧЕТЬ ВАСИЛИЯ БЛАЖЕННОГО стр. 203

Размер шрифта
-
+
Тема

многострадальным русским народом во благо некоей абстрактной мощной державы, которую можно заселить, собственно, кем угодно? (Благо, и квота на мигрантов увеличена на 2009 год вдвое в сравнении с 2008-м и должна составить теперь около четырех миллионов. Правда, теперь, в связи с разразившимся кризисом, ее пообещали сократить. Но не отменить.) Незаменимых людей у нас ведь нет, не так ли? Народов тоже.

Мне очень хотелось бы ошибиться, пусть бы лучше все сие делалось просто с дурна ума, с исторической безграмотности. Так или иначе: попытки вернуть памятник Дзержинскому — это осознанное противопоставление отдельных представителей спецслужб самому народу, народу, которому они обязаны быть защитниками, а не террористами. Памятник Дзержинскому — апология террора.

Ладно, сбавим немножко накал. Очень мне понравилось трогательное высказывание В. Тимофеева, главы упомянутого ветеранского союза. Памятник «сейчас находится в безобразнейшем состоянии в Нескучном саду, под открытым небом», — посетовал этот ветеран. А что, на Лубянке он под закрытым небом, что ли, стоял?

Может (если, конечно, Ющенко с поляками не предъявят прав на самого эффективного убийцу «москалей»), найдем ему местечко под крышей? В каком-нибудь музее геноцида.

Война памятников

Кажется иной раз, что пространство, в коем мы имеем несчастье жить, наэлектризовано до такой степени, что меж собой воюют даже неодушевленные предметы. Во всяком случае, к предметам, несущим символику, это относится безусловно. Накануне 7 ноября, который коммунисты продолжают праздновать по мягкости властей, не решившихся объявить этот день днем всенародного траура, была разбита мемориальная доска Александру Васильевичу Колчаку. Не Колчаку — Верховному правителю России, даже не Колчаку — герою Порт-Артура, но Колчаку — исследователю течений Северно-Ледовитого океана.

Казалось бы, уж эти-то деяния кому и чем могли помешать? Ведь пользовались его картами все экспедиции советского времени, еще как пользовались… Впрочем, что об этом — почерк-то знакомый. Учили студентов по «Очеркам гнойной хирургии» Войно-Ясенецкого, но не давали Войно-Ясенецкому подписать учебник — «архиепископ Лука». Учили пионеров петь веселую песенку про «картошку-тошку-тошку», а сочинивших ее скаутов отправляли в отнюдь не пионерские лагеря на Колыму. Так что удивительного мало, в глазах некоторых наших сограждан научные открытия адмирала Колчака должны навек оставаться безымянными, вообще ничьими. И напрасно автору этих строк помн и лось, будто люди и сограждане тут вообще ни при чем. Будто сам Владимир Ильич спрыгнул ночью со своего красно-гранитного постамента на Калужской площади, пугливо прошмыгнул мимо часовни-новостройки и направился на Садовническую — бить по доске пудовым кулаком. Даже не от злобы, а просто из зависти: сам-то ничего интересного за всю жизнь не открыл и не изобрел.

Увы, постарались все-таки люди. А через неделю в Рязани взлетел на воздух уже и Владимир Ильич. Гипсовые обломки разметало на 20 метров вокруг. (По счастью Ильич был выбран весьма удачный для подобного выражения протеста: рядом стоит только пустующий ночью завод.) Такой взрыв надо готовить, это вам не молотить спьяну по мемориальной доске случайно подвернувшимся булыжником, оружием пролетариата. Месть ли это за Колчака? Недельный промежуток наводит на такие предположения, но кто ж его знает. Но взлетевший на воздух Ленин в любом случае связан со взорванным памятником Императору Николаю II работы Клыкова, что стоял на берегу речки под сельцом Тайнинским. Под тем самым Тайнинским, которым «тешился»

во

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.